Шурепов приказал вновь прочесать лес. Искали долго, просматривая каждый сантиметр того пути, по которому шли немецкие агенты. Несмотря на тяжелые условия поиска, медальон был найден. Вскрыли – на папиросной бумаге имелись крайне необходимые армейским чекистам данные: рижский адрес, пароль, отзыв.
Радист группы, задержанный при подрыве грузовика, назвал адрес школы, где он готовился абверовцами и откуда засылался в наш тыл. Указал точное место перехода линии фронта и маршрут дальнейшего движения…
Вместе с передовыми частями Красной армии подполковник Шурепов вошел в местечко близ Цесиса, куда была срочно переведена разведшкола абвера из Риги.
Военные контрразведчики ворвались в здание «осиного гнезда». Но оно было пусто – фашисты и их прислужники успели сбежать, захватив с собой документы и картотеку агентуры. Но контрразведчик Шурепов понимал конкретику дальнейших действий, – теперь он начинает поединок с руководителем абверкоманды-212 «Марс», созданной при штабе 16-й немецкой армии Хельмутом Хасельманом.
Это он, сотрудник абверовского вышкола, предусмотрительно оставил в курляндских лесах многочисленные склады с оружием и боеприпасами, подготовил не одну сотню, а тысячи документов прикрытия для членов фашистской националистической организации – айзсаргов, предателей латышского народа.
Настойчивый в поисках подполковник Шурепов неожиданно находит бухгалтерскую книгу с записями о количестве продуктов, ежедневно поступающих на кухню. Эта «бухгалтерия» дала ответ, сколько людей обучалось в школе. Подсчитали – получилось, что «учебку» прошли больше тысячи человек. Теперь нужно было зацепиться за что-то конкретное.
Один из его подчиненных доложил:
– Александр Алексеевич, в карцере, где отбывали наказание за пьянство радисты, я нашел много чего интересного для нас.
– Ну, давай, не темни, доложи конкретно, что обнаружил… эзоповщина мне не нужна, – нахмурился чекист.
– Товарищ подполковник, на стенах остались разные надписи с подписями, датами и домашними адресами. Все исполнено азбукой Морзе. Точками и тире даются даже характеристики немецких преподавателей и инструкторов, а также начальника школы.
– Ну, это уже другой коленкор, – приосанился Шурепов. – Будем раскручивать.
Для раскрутки помог и местный фотограф, работавший в школе, у которого осталось немало негативов учеников этого шпионского заведения. Фотографии радистов отпечатали с пленок и размножили для ориентировок в войсках.
Скоро был составлен список инструкторов и учеников школы, который худел по мере арестов предателей.
Важного резидента задержали в Риге по паролю из черного медальона.
Так вот глава немецкой резидентуры раскрыла суть задания и назвала явочные места. Резидентом оказалась… женщина, родом из Испании, поселившаяся в Риге. Завербована была абверовцами в Мадриде еще в годы гражданской войны. Она назвала некоторые данные на радистку.
– Как ее зовут, приметы? – спросил Александр Алексеевич.
– Катя. Но я всего один раз с ней встречалась…
– Где работает?
– На заводе ВЭФ.
Все Екатерины были взяты на учет – негласно сфотографированы. В одной из них испанка узнала свою радистку…
Это произошло в 1944 году накануне наступления в Латвии. Шурепов, как руководитель разыскного отделения фронта, получил от подчиненного данные о конкретных действиях еще одного резидента абвера в Риге – местного гражданина по фамилии Лангас. Проанализировав материалы, он обобщенной справкой доложил о подозреваемом латыше руководству Управления КР Смерш фронта.
Начальник Управления 2-го Прибалтийского фронта генерал-майор Николай Иванович Железников высоко оценил материалы разыскников, увидев в них интересную перспективу развития.
После ареста Лангаса и грамотно построенного Шуреповым допроса латыш сознался, что действительно являлся резидентом по руководству немецкой агентурой из числа местных граждан. Он заявил, когда и кем был завербован, назвал некоторые явочные места для встречи с агентурой, подробно описал нескольких своих агентов, работавших в тылу советских войск и, самое главное, сообщил о факте и месте дислокации в Риге подразделения гитлеровского разведывательного органа «Абверштелле – Остланд».
Посовещавшись, оперативники-разыскники и следователи решили провести захват разведшколы, но не в момент наступления, когда уже будет поздно из-за срочной эвакуации разведшколы, а непосредственно перед ним.
Генерал Железников вызвал Шурепова.
– Так вы решили брать абверовцев разведшколы тепленькими? – спросил Железников.
– Да, Николай Иванович, при такой ситуации улов должен быть приличным. Они не успеют переправить картотеку своей агентуры и другие интересующие нас документы дальше в тыл, – ответил подполковник.
– Пожелаю удачи, сетку только возьмите покрепче, а то рыба крупная, может и прорваться… Прорвать снасти и улизнуть, – улыбнулся генерал, затягиваясь папиросой «Казбек».
– Рыбаки опытные и снасти надежные, товарищ генерал, – успокоил также шуткой своего начальника главный разыскник.
