Министр ГБ Лаврентий Цанава не задержался с ответом. Через несколько недель в республиканском ЦК Компартии уже лежала докладная записка, в которой имелись такие данные:
В западных областях Белоруссии находилось более двух тысяч бойцов и офицеров войск МВД и милиции.
Политическая обстановка в Белоруссии даже в конце сороковых продолжала оставаться тревожной. Свидетельством тому могут служить воспоминания бывшего сержанта СА Николая Изотова, который участвовал в войне после войны на территории Белоруссии в период с 1947 по 1950 год. Он писал:
Период 1948 – 1956 годов характерен тем, что повстанцы действовали в основном в составе легких групп: по пять – десять человек. Сами налеты совершали меньшим составом: два – пять человек. В основном эти мелкие группы специализировались на физическом устранении партийно-советских активистов и руководителей сельсоветов, колхозов, предприятий и военнослужащих.
Совершали они и диверсии в народном хозяйстве, особенно на железнодорожном транспорте.
В октябре 1952 года в Москве состоялся XIX съезд ВКП(б), принявший решение о переименовании партии в КПСС. Именно тогда один из оперативных работников принес Шурепову листовку с горькой шуткой. На листе из ученической тетради в клетку печатными буквами были написаны вопрос и ответ. Вопрос: «Что такое КПСС?». Ответ: «Крепостное право Советского Союза».
Такие листовки распространялись не только по Гродно, но и в других районных центрах области. Вскоре задержали исполнителя и распространителей. Они оказались учащимися ФЗУ. Их не судили – обошлись только профилактикой.
По прибытии в Гродно для прохождения дальнейшей службы мысли искать и найти дочерей Галю и Наташу не покидали ни на минуту ни Александра, ни Александру. Несмотря на служебную занятость, Шурепов с упорством продолжал поиски, он нутром чувствовал, что дети могли быть в Германии. Нужно признаться, что помогали искать девочек Шуреповых и его коллеги по ГСВГ.
Однажды пришла ориентировка из Управления военной контрразведки МГБ по ГСВГ о существовании до недавних пор детского приюта, а фактически кошмарного концлагеря для детей под названием «Группа «Пляумфе». Эта группа была создана фашистскими медиками сначала для опытов, а потом для деловых целей – выкачивания из детишек крови и вливания ее немецким офицерам и солдатам. Эта методика нацистскими эскулапами использовалась, как говорится, на полную катушку.
Этой новостью Александр Алексеевич поделился с женой.
– Неужели Галя и Наташа оказались там? Изверги! – всплакнула Александра.
– Не надо отчаиваться. Будем искать – коллеги помогут, – успокоил супругу Александр Алексеевич. – И мы вернем наше довоенное прошлое. Помнишь у Тютчева: «Минувшее, как призрак друга, прижать к груди своей хотим!»
– Как хочется с этим прошлым прижать к груди своих девочек.
– Я почему-то уверен – они живы и мы их найдем!
– Да, твои друзья живо откликнулись на наши беды.
– Общими усилиями выйдем на Галю и Наташу…
Быстро летело время на службе у офицера Александра и домохозяйки Александры в Гродно. Как уже упоминалось, на Дальнем Востоке у четы Шуреповых появилось еще двое детей – сын Сергей и дочь Оля, 1946 и 1947 годов рождения соответственно. Так что хлопот с малютками хватало.
