Конан оглянулся на город. Теперь отсылать от себя девушку уже поздно. Ей не вернуться назад, не пробраться сквозь ряды вражеского войска, кольцом окружившего Патампур. Придется тащить ее с собой.
— По крайней мере, ты умеешь стрелять из лука, — проворчал Конан. — Но когда дойдет до настоящего дела, до рукопашной, — прошу тебя, не вмешивайся. Спокойно стой в стороне.
— Хорошо, — послушно согласилась Гаури.
Конан еще раз покосился на нее, но девушка выглядела совершенно безмятежно. Она была одета в точности так же, как вчера. Странно только, что отправляясь в опасное путешествие, она не надела плотную кирасу из выделанной кожи. Зато на ее шее красовалось широкое золотое ожерелье, какого Конан у Гаури прежде не видел.
— Красивая вещь, — кивнул на ожерелье варвар.
— Тебе нравится?
— Да. Где ты его взяла?
— Оно мое, — чуть насупилась Гаури.
— Не боишься потерять?
Вместо ответа девушка громко рассмеялась.
Конан торопился. Он был уверен в том, что звездочет-предатель сейчас находится вовсе не среди солдат вражеской армии. Нет! Саниязи слишком дорожит своей драгоценной жизнью. Он убежден в том, что раджа Авенир его недооценивает. Конан встречал подобных людишек не раз и хорошо знал им настоящую цену. Раджа Авенир не недооценивал своего коварного звездочета — он его переоценивал!
Жалкий шарлатан, который захотел большой власти… Куда он, скорее всего, направится?
Ответ был очевиден: Саниязи знает о том, что в храме Кали больше нет жреца, что статуя богини осталась без служителя. Он захочет занять место Санкары.
Конан уверенно пробирался сквозь джунгли. Он хорошо помнил дорогу. Вот стоянка, где он расстался с Арилье и Рукмини. И с бедным Ратарахом, который до сих пор находится во власти злых чар.
Неожиданно Конан понял, что скучает по Арилье. Парень был хорош. Если бы ему позволили вырасти в зрелого мужа…
Ах, Шлока! Конан не сомневался в том, что подбирая себе учеников, мудрец не только искал способа спрятать в толпе мальчиков сына раджи.
Шлока нашел для своего воспитанника того, кто осмелится стать его двойником — кто заменит воина из пророчества в тот миг, когда смерть протянет к нему свои алчные руки…
Словно отвечая на мысли киммерийца, выcокo в небе прокричал орел.
Гаури вздрогнула и съежилась, как будто боялась, что птица заметит ее с высоты и нападет на нее, чтобы унести в когтях, как кролика. Конан удивленно покосился на нее:
— Что с тобой, Гаури? Ты испугалась?
Она улыбнулась:
— О, нет! Просто удивилась. Это ведь Шлока — там, в высоте?
— Шлока? — Конан вспомнил о том, что говорили об учителе Траванкора: будто он иногда обращается орлом и озирает всю землю из поднебесья. — Возможно… Сейчас не это должно нас с тобой беспокоить, Гаури… Смотри, здесь я видел Арилье в последний раз.
Конан, разумеется, знал о том, что Гаури была влюблена в Арилье. И втайне страдала от того, что парень не отвечал ей взаимностью, предпочтя ее сестру. Но сейчас Гаури выглядела вполне довольной. Она весело засмеялась:
— Это было здесь? Как интересно! На том месте, где был человек, иногда остается призрак…
Конан чуть прищурился, рассматривая девушку внимательнее. Гаури казалась совершенно безмятежной. Конан добавил:
— Никаких призраков мы искать здесь не будем. Войдем в чащу и передохнем, а коней оставим здесь. Привязывать не будем. Ты умеешь подзывать свою лошадь свистом?
Гаури кивнула, немного растерянно. Казалось, этот простой вопрос поставил ее в тупик, и она не слишком хорошо понимает, как ответить правильно.
Конан пошел первым. Гаури двинулась за ним. Они миновали густой кустарник, а затем Копан неожиданно повернул, и путники очутились перед глубоким ущельем. Внизу протекала речка, невидимая с берега. Вода шумно журчала на перекате.
Конан смерил взглядом расстояние до противоположного берега.
— Вряд ли мы сумеем перепрыгнуть, — заметил варвар. — Здесь довольно далеко.
— Нет ничего проще, — заявила Гаури, сверкая улыбкой.
— Я, пожалуй, рисковать не стану, — покачал головой варвар. — Я слишком тяжелый. Одно дело — свалить быка ударом кулака между рогами, и другое — летать по воздуху, как птичка. Это не для меня.
— В таком случае, нужно навести переправу, — подумав, сказала Гаури.
— Точно! — просиял варвар. И сделал глупое лицо: — Но как?
— Я знаю! — Казалось, Гаури просто в восторге от того, что у нее наконец-то появилась возможность показать свои способности. — Cмотри и учись, киммериец!
Она подбежала к высокому дереву, росшему на краю обрыва. Уперлась ладонью в ствол и, не переставая улыбаться, легким толчком повалила дерево так, что оно легло над ущельем, точно мост.
— Вот и переправа! — объявила Гаури.
Конан не моргнул глазом. Он преспокойно перешел по стволу на другую сторону. Гаури перебежала следом.
— Ты доволен? — спросила она.
Конан повернулся к ней.
— Очень! — ответил он. — Ты просто чудо, Гаури. Я никогда прежде не знал, какая ты замечательная.
