Малек, смелый воин Ликан, который служит главным королевским охранником, уже 200 лет. Его главная цель — защита королевства. Он отправляется на миссию, доверенную ему король, и это задание уводит его от замка. Его миссия не опасна, но опасность для него представляет одна прекрасная волчица Катя. Король приказал сопровождать ее с группой охраны. Даже если она ключ к победе, Малек не доверяет девушке. Притяжение к ней растет вместе с раздражением. Как он может уступить, почти насильственной нужде заявить на нее права, когда думает, что она представляет угрозу для замка? Катя слышит, как Малек заявляет, что она может быть шпионкой, подосланной Балтазаном, и это ее сильно оскорбляет. Жестокий воин Ликан не доверяет ей, но она изо всех сил пытается сохранить между ними мир. Ее гнев перерастает в страстный огонь к воину, когда его прикосновения, впервые пробуждают ее внутреннюю волчицу. Победят ли Малек и Катя внутренних демонов и поймут, что им суждено быть вместе?
Переводчики: Чернявская Екатерина и Адилия
Бета ридер: summerache (Ольга Бородина)
— Я не буду спать с ним!
— Катя, ты не будешь с ним
Катя нахмурилась своему отражению в зеркале.
— Я слышала, как на прошлой неделе он говорил королю о том, что думает, будто я шпионка.
Ева вздохнула.
— Драго сказал мне, что есть разумное объяснение подозрениям Малека, что-то связанное с его братом.
Ее мать замолчала, и Катя нахмурилась, ожидая что она продолжит.
— Так какое было объяснение?
Взгляд ее матери дрогнул.
— Мы прервались на середине и не совсем закончили наш разговор.
Гнев Кати сразу потускнел, когда она увидела, что мать краснеет от смущения. Она на мгновение забыла об ожесточенном взгляде воина Ликана, когда поняла, чем ее мама
Ева откашлялась и отошла от зеркала.
— Вот. Ты идеальна. Брюки носить удобнее, чем платья со всеми этими раздражающими слоями.
Катя посмотрела на их отражения в зеркале. Они обе были одеты в почти одинаковые наряды: кожаные штаны и жилеты, с оружием, привязанным к ногам и талии. Они скорее выглядели как сестры, чем как мать и дочь, с их стройными телами, длинными темными волосами и темными глазами.
— Мама, ты не думаешь, что время от времени для новой королевы платье, как и корона, будет более правильным выбором?
Ева бросила на нее мрачный взгляд.
— Не глупи. Как я смогу биться с десятью фунтами ткани на мне, если на замок нападет армия Балтазана?
— Я чувствую себя голой. Ты можешь видеть каждый изгиб моего тела.
— Зрелище, которое, я уверена, Малек оценит по достоинству, — невинно пробормотала мать.
— Ты не слушала меня. Он думает, что я шпионка.
— Он не думает, что ты шпионка. — Ева тяжело вздохнула. — Я уверена, на этом задании он узнает тебя и увидит, что ты замечательная женщина. Ты же знаешь, что половина охранников уже немного влюблены в тебя.
— Прекрати мама, — Катя знала, куда она ведет, но была не в настроении для этого.
— Дорогая, я просто хочу, чтобы ты была счастлива. По крайней мере, рассмотри возможность, что один из охранников может быть твоей второй половиной.
— Не могу поверить, что моя мама, всесильная четырехсотлетняя вампирша, настолько романтична.
— Это Драго виноват. Любовь меняет людей. Кроме того, я больше не вампирша. Я — гибрид, с кровью ликанов в моих венах, помнишь?
Катя и думать не могла о любви. Ей пришлось столкнуться с огромным количеством демонов, и о том, чтобы довериться мужчине не могло быть и речи. Волки Балтазана насиловали ее в течение двух лет, сделав женщиной.
Она взяла мать за руку.
— Я счастлива, что Легенда Ликанов сбылась для тебя, мама. Действительно рада, но прошу, не подталкивай меня к этому. — Она вздрогнула, когда в голове вспыхнули краткие образы ее заключения в грязной тюрьме Балтазана.
Катя медленно вдохнула, заставляя эти страшные воспоминания спрятаться в темных закоулках ее разума. Ее раны были слишком глубоки, чтоб любовь могла исцелить их. К счастью, во дворе прогремел отдаленный звук трубы, вырывая ее из тревожных мыслей. Она собиралась на задание вместе с королевскими охранниками, и ничто не могло помешать успешному завершению миссии. Предчувствие поселилось в ее душе, она предполагала, что другие женщины все еще заключены в ту тюрьму. Она молилась, чтобы они были еще живы.
— Это сигнал для меня, — сухо сказала она. — Караван готов отправиться.
Ева обняла ее.
— Ну, с Богом, девочка моя.
***
«Где она, черт возьми?» — сердито подумал Малек.
Он осмотрел двор, переполненный жителями и королевской охраной, готовой отправиться, и сжал челюсти. Его белый конь беспокоился, и он сжал поводья, сдерживая скакуна.
— Помни, мой друг, нужно только разведать территорию, — сказал принц Василис. — Не вступайте в бой. Этот караван не подходит для сражения с армией монстров Балтазана.
Малек взглянул на принца.
— Да, Ваше Высочество, — Малек был хорошо осведомлен о плане, и воздержался от напоминания принцу, что они повторили это раз двадцать. Он знал, — Василис волнуется.
Он посмотрел на двери замка и стиснул зубы, увидев, как Катя идет по двору. Даже на таком расстоянии он мог разглядеть ее красоту. Поток напряжения пробежал по спине, когда он окинул взглядом ее тело, одетое в плотный черный костюм воина. Он не мог этого объяснить, но с тех пор, как он впервые увидел ее на прошлой неделе, его сердце билось сильнее каждый раз, когда он смотрел на нее. Он стиснул зубы, отвернулся от нее и сжал поводья.
— Что случилось? — спросил Василис.
Малек кивнул головой в сторону Кати.
