Для Аспида падение в яму выдалось удачным. Он практически не получил никаких повреждений, в отличии от толстого разбойника, который при падении сломал шею. Легко отделался!
Проклятая темнота. Свет факелов практически не проникал сюда, поэтому ему приходилось пробираться на ощупь. Что это за звук? Аспид почувствовал хруст под ногой, а затем еще, и еще… Кости, они валялись буквально повсюду. Какие-то уже подгнили, а другие были совсем свежие.
Где-то рядом раздалось громкое шуршание. Судя по всему, зверобоги поняли, что настало время кормления.
Аспид прижался к стене и застыл. Пару раз он мысленно побранил Людоту за безалаберность; если бы кузнец сразу добил лиходея, а не устроил эту ненужную браваду, то он бы не оказался в столь затруднительном положении. Впрочем, чего сейчас причитать? Впереди воина Мары ждет тяжелая битва, и неизвестно, выйдет ли он из нее победителем.
Шуршание становилось все громче и отчетливей. Аспид старался дышать как можно тише. Он на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, то вдруг понял, что способен видеть в темноте. Не очень четко, но все же! То ли повелительница смерти захотела помочь своему воину в трудную минуту, то ли чувство опасности породило в нем новые, доселе скрытые способности… Неважно!
Главное, что теперь он видит своего врага. Существо не было большим (чуть выше человеческого роста), но имело довольно плотное, покрытое шерстью, человекоподобное тело; на ногах и руках росли длинные когти, а вместо головы по сторонам смотрела клыкастая волчья морда. Чудовище медленно подбиралось к мертвому разбойнику, как будто чего-то опасаясь. Осмотревшись по сторонам, оно принялось с аппетитом кусать внезапно появившеюся еду.
Волкодлак… Аспид кое-что о них слышал. К западу от Киева и за правым берегом реки Славутич эти твари были довольно известны. Человек, когда-то зараженный укусом от волкодлака, через какое-то время сам ночью обращался в страшное чудовище, ведомое жаждой крови, а днем возвращался в свою человеческую форму. Но не всегда, некоторые окончательно принимали свою звериную сущность и больше никогда не становились людьми. Скитаясь по самым темным лесам, они высматривали своими горящими глазами незадачливых путников, а иногда пробирались в людские жилища, оставляя от их обитателей только обглоданные кости. Но все же, самыми опасными и непредсказуемыми волкодлаками считались те, что превращались обратно в людей. Вычислить их было крайне тяжело, к тому же, вину еще надо было доказать. Просто посидеть рядом и понаблюдать не всегда помогало; звериная сущность очень хорошо чуяла опасность и могла ночью не пробудиться. Зато потом, как все подозрения улягутся, зверь просыпался и утолял свой голод с особой яростью. В землях полян и тиверцев существовала даже целая наука о том, как распознать и убить волкодлака.
Поглощая тело разбойника, молодой волкодлак даже не заметил прижавшегося к стене незваного гостя. Аспид решил этим воспользоваться. Как можно тише он начал отходить в сторону в надежде укрыться за гигантский валун, покоившийся практически у самого центра ямы.
Шаг, еще один… казалось все идет удачно, как вдруг воздух прорезал рык чудовища. Аспид вздрогнул; сжав покрепче меч, он уже был готов к битве. Но рык был обращен не к нему, нет. Из темного угла вдруг показался второй волкодлак, который ударом лапы откинул лакомившего телом разбойника молодого зверя. Тот жалобно заскулил и послушно отошел в сторону.
Затем откуда-то выпрыгнул третий, дело начало принимать скверный оборот. Два здоровых чудовища начали с яростью рвать тело разбойника, а самый молодой, пуская слюни, с завистью посматривал в их сторону.
Вдруг один из волкодлаков оторвался от своей жуткой трапезы. Похоже, его нос все же учуял присутствие человеческого духа. Оскалив клыки, он начал на четырех лапах медленно обходить свои владения.
К этому моменту Аспид уже успел спрятаться за валуном. Он прекрасно понимал, что с тремя зверями ему не справиться, но если вывести хотя бы одного из игры, то у него появится небольшой шанс. Скрытность и внезапность сейчас — его единственные союзники.
По мере приближения к валуну, человеческий запах становился все сильнее. Волкодлак даже не рассматривал возможность какого-то сопротивления со стороны будущей жертвы. У него в сознании все было просто: все, что кидают сверху — это еда. Еда не опасна, с едой можно играть, и главное, с едой не нужно спешить, она все равно никуда не денется.
Запрыгнув на валун, зверь выставил морду вперед. Он даже не смотрел вниз на свою добычу, для него это было своеобразным началом игры. Сперва немножко подразнить, дать надежду на шанс, которого нет, а затем просто разорвать на части. Из пасти на Аспида брызнула слюна, следом за ней пошло облако зловонного дыхания.