— Да, господин, — встал один из офицеров… Сузаку, кажется. — Как вы и велели, стариков расселяем отдельно, детей отдельно, женщин — тоже, ведётся опрос по навыкам жителей. Предварительный список специальностей и количества ремесленников будет составлен в течение пяти-семи дней. Что же касается госпиталя, процесс идёт, но склонить местных целительниц к оказанию помощи нашим войскам… непросто, хотя своих соотечественников они лечат со всем старанием.
— Поставить условие — один водник за одного воина Огня, не хотят лечить наших — не будут лечить своих. Если в ходе лечения наш воин умрёт, не имея критичных повреждений, следом за ним убивать трёх воинов Воды. Для увеличения усердия.
— Будет исполнено! — козырнул офицер.
— Происшествия и дисциплина? — новый вопрос. Конечно, происходящее сейчас мало похоже на военный совет, скорее уж блиц-опрос, но что поделать — цейтнот жуткий.
— В пределах разумного, — поднялся капитан Тандао, временно назначенный «заместителем по воспитательной работе». — Пойманные на мародёрстве получили по десять плетей и два десятка ударов палок по пяткам. Насильники, по вашему приказанию, Вестник, «повешены за яйца на столбе», — он… это что, серьёзно? Я же говорил образно… Кхм… М-да, пора бы уже понять, что военные вообще к юмору не особо предрасположены, во всяком случае, один конкретный индивидуум. Хотя с другой стороны, подобный способ… выражения неодобрения здорово охладит горячие головы.
— Хорошо. Теперь перейдём к жителям Полюса, — я повернулся к пленнику, буравящему меня тяжёлым взглядом, и сверился с бумагами. — Хм, Пакку, старший наставник магов воды…
С одной стороны, очень хорошо, что в живых остался кто-то столь высокопоставленный, если его удастся завербовать, ассимиляция племени Воды пройдёт куда быстрее. Вот только заставить на себя работать столь старого и матёрого мага, явно привыкшего командовать, будет очень трудно.
Идти на сотрудничество с кем-то вроде Джао он точно не будет. Не позволит гордость и чувство собственного достоинства, это даже по глазам видно. Не стоит и про менталитет забывать, такие стариканы частенько бывают фанатиками, верующими в некую «душу народа», которая обязательно выражается в неукоснительном следовании традициям. Отошёл от них — и всё, предал душу своего народа. Несложно догадаться, что для таких умереть, блюдя традиции, милее, чем выжить, от них отказавшись. Причём умереть не только лично, но и всех за собой потянув.
Увы, история про «Вересковый мёд» не на пустом месте возникла.
— Думаю, мне представляться смысла нет? — судя по тому, как маг дёрнулся, он явно хотел по этому поводу высказаться, и высказаться очень некультурно, но инстинкт самосохранения победил. Уже хороший знак. — Прекрасно. Что ж, тогда скажите, вы любите свой народ?
— Какой ответ ты ожидаешь от меня услышать? — желчно проскрипел пленный. По нему было видно, что он очень желает перейти на душевно-нецензурный, но сдерживается. — Зачем спрашивать то, что и так очевидно? Или у тебя слишком много свободного времени?
— Времени у меня как раз немного, и это наша общая проблема, уж поверьте, — проигнорировал я совершенно стандартную попытку ерепениться. — И всё же ответьте на вопрос прямо. Мои догадки и взгляды тут не играют роли, важно лишь то, что вы сами готовы признать.
— Да, я люблю свой народ! — вздёрнул подбородок дед, прожигая меня взглядом. — Народ, которому вы принесли смерть!
Присутствующие на Совете офицеры дружно притихли, не решаясь лишний раз шевельнутся и явно ожидая, какая от меня последует реакция на откровенное хамство пленника. Пусть и высокопоставленного.
— Давайте не будем превращать разговор в пустую перебранку, — не оправдал я ожиданий штаба Джао. К этому даже не пришлось прикладывать усилий, мне в самом деле были безразличны крики связанного человека передо мной. Я и поизобретательней обвинения слышал. — Я понимаю ваши чувства, но у вас было сто лет, чтобы найти способ не доводить до такого результата. Вы сами не стали искать путей мирного диалога с Народом Огня, хотя имели для этого все возможности. Результат закономерен. Не потому, что я злодей, решивший ворваться в ваш дом, а потому, что таковы реалии большой войны. Но вернёмся к теме. Ваша любовь, насколько она сильна? На что вы готовы ради блага своего народа?
— Ха! — громко огласил маг. — А почему это я должен быть готов «ради»? Свой долг перед народом я выполнил, а если ты хочешь болтовнёй заставить меня служить себе, то лучше найди кого-нибудь помладше и поглупее!
— Да, ваш возраст сразу заметен в умении играть словами, — спокойно кивнул я. Пару дней назад я бы наверняка занервничал, что «клиент» срывается с крючка, но сейчас мне было просто до банального лень эмоционально напрягаться. Слишком много дел навалилось, чтобы ещё и тут переживать. В конце концов, я действительно могу сделать, как он предложил. — Но как я только что говорил, не будем превращать разговор в пустую перебранку, — я замолчал, ожидающе глядя на старика.
