Утро встретило меня удушающей жарой, от которой я в библиотеке уже успел отвыкнуть, да и ночи в пустыне довольно прохладны, вон Суюки как в меня под одеялом вцепилась, так, теперь бы аккуратненько… Я попробовал сдвинуться, но обнаружил, что, помимо Суюки, ко мне с другой стороны прижимается Дандан, а миниатюрная и лёгкая Джу вообще взгромоздилась сверху. Нет, это, конечно, очень приятно, но есть два обстоятельства. Первое — командирша меня точно будет прожигать взглядом ещё дня три, а девочки так вообще рискуют на месяц попасть на «усиленные тренировки», а во-вторых… В туалет, однако, хочется…
Героически вытерпев ещё минут двадцать, я просто плюнул на всё и внаглую раскидал образовавшийся на мне «холмик», после чего шустро отправился «проверять качество организации санитарной постройки».
— Это как понимать⁈ — обманчиво мягко промурлыкала Суюки, очень нехорошо сощурив глаза.
Под «ласковым» взглядом любимого командира и лучшей подруги бравые воины Киоши рефлекторно сжались и пододвинулись ближе друг к другу. В этот момент истина про «плечо товарища» заиграла для них особо насыщенными красками.
— Ну-у… — Джу затравленно обежала взглядом палатку.
Родившаяся после вахты, когда девушки перед сном глотнули немного вина, чтобы прогнать ночной холод, идея уже не казалась такой удачной.
— Нам было холодно! — нашлась с ответом Дандан.
— Точно! Очень-очень холодно! — тут же поддержала её миниатюрная воительница, сама прекрасно понимая, как жалко звучат эти оправдания. Но не оправдываться было куда страшнее.
— Вот как… — вкрадчиво произнесла Суюки, взгляд которой стал совсем опасным.
— Мы это… — девочки неосознанно начали пятиться.
— О, надо приготовить завтрак! — на этот раз с отговоркой первой нашлась Джу.
— Да! Нужно покормить Чана, он наверняка будет очень голодный! — попыталась поддержать мысль Дандан, но сделала только хуже:
— Чана, значит! — голос командирши щёлкнул, словно удар хлыста.
Для гордых и храбрых воительниц это стало последней каплей на весах нервного напряжения, и лагерь огласили два панических девичьих взвизга, заставивших всё невеликое население, кроме очень занятого в тот момент Вестника Огня, повернуть головы на звук.
Дальше события развивались стремительно, но предсказуемо. «Хитрые диверсантки», в лучших традициях пойманных на горячем людей, поспешили стратегически отступить. Выглядело это, правда, как позорное бегство, но, как манёвр ни назови, он удался. Сразу поймать беглецов и принудить их принять свою судьбу достойно Суюки не смогла, а потом из «инспекции стратегически важных объектов» вернулся командир, и расплата сама собой отложилась до лучших времён…
Закончив процедуры и умывшись (очень осторожно, воду нужно было экономить, сова в библиотеке вроде бы имела некие запасы, но ни сколько их, ни будет ли он снабжать нас ими, мы не знали, так что лучше расходовать то, что у нас есть, с осторожностью), мы отправились на завтрак, а после него — в библиотеку. Филин произвёл неизгладимое впечатление на моих спутников, впрочем, как и сама библиотека, но сам птиц к ним большого внимания не проявил — он явно хотел как можно скорее исполнить свою часть сделки, чтобы получить обещанную плату, так что, выделив каждому гостю по лису-навигатору, птиц утащил меня в закуток, обставленный на манер какого-то «шатра падишаха» — пуфики, драпированные тканью стены, столик с напитками и фруктами.
— Доброе утро, Учитель, — когда меня выпустили, всё-таки смог поздороваться я.
— Почему ты так называешь меня, человек?
— М-м-м, может быть потому, что вы учите меня? — приподнимаю бровь.
— Таков был наш договор, после этого ты передашь мне знания.
— Хех, как ученик учится у учителя, так и учитель постигает что-то новое от своего ученика, — слегка переделал я один известный философский подход.
— Возможно. Сегодня я покажу тебе то, о чём рассказал вчера. Смотри же! — Дух коснулся меня крылом, и…
