Её взгляд встречает мой, и я погружаюсь в гипнотизирующую глубину её глаз. Радужки такие сложные и интригующие, как веронианские головоломки.
— Мы входим в атмосферу, — бормочу я, двигая пальцами глубже.
Эбби извивается от удовольствия, прижимаясь спиной к стене.
Всё вокруг, как и сама каюта, вибрирует.
Я стягиваю её штаны, скользя по гладким изгибам бедер. Она возится с застежкой на моей мантии. Я помогаю ей, освобождаясь от одежд, и расстегиваю брюки. Мой член высвобождается, и она берет его в руки. Я дрожу, прижимаясь губами к её шее, вдыхая её сущность. Запах моей женщины, земной и дикий, с оттенком чего-то сладкого, ещё больше разжигает мою страсть.
Я не в силах больше ждать.
Гигантский веронианский погрузчик скрипит и стонет, набирая скорость и пробивая небеса моей родной планеты. Я убираю руку, и Эбби стонет от желания.
Я обхватываю руками ее округлый зад, поднимая её. Эбби понимает намек, обхватывает меня ногами, когда я медленно и глубоко толкаюсь внутрь.
Это блаженство.
Эбби обнимает меня за шею, её тело прижимается к моему. Я двигаю бедрами и прижимаю её к стене, мною движет только страсть. Мое тело движется само по себе, и она двигается со мной, её сильные ноги напрягаются. Мы слились воедино, движемся как единое целое, потерянные в ритме нашего единения. Она восхитительно тугая и издаёт низкий, хриплый стон, когда я увеличиваю скорость своих ударов.
Люди, внезапно осознаю я, изысканно сексуальные существа.
Её пальцы впиваются в кожу моей шеи, а мягкие человеческие ногти царапают мою кожу. Это почти больно, и ощущения только усиливает мое растущее удовольствие.
Турбулентность сотрясает грузовое судно, но мы не замечаем того, что происходит снаружи. Я пробую на вкус кожу её шеи, лаская её острыми клыками. Она ароматная, соленая и с выразительным человеческим запахом, женским запахом.
Редкостный деликатес.
Моя.
Я двигаюсь сильнее, быстрее, охваченный безумием вожделения и удовольствия, наслаждаясь мягкими криками Эбби и ощущением её тела, прижатого ко мне, когда достигаю грани.
Я останавливаюсь на секунду, удерживая нас обоих на краю и вглядываясь в её лицо.
— Пожалуйста, — умоляет она. Такой сладкий звук. Её глаза широко открыты, дыхание учащено, черные зрачки расширены. Её вид заставляет меня терять контроль. Я проникаю глубже в её тело.
И рычу в освобождении, когда наступает оргазм, мощный и неудержимый. Прижимаю свою женщину к себе, поглощенный охватившими меня ощущениями.
Всё тело Эбби подрагивает, когда она достигает оргазма. Звуки, которые она издает, невинные и чистые, крики безудержного удовольствия.
Сладкая женщина.
Когда наши любовные ласки превращаются в приятные воспоминания, она обвивает меня руками и ногами, удовлетворенно вздыхая.
Турбулентность прошла, и грузовой транспортник снова летит плавно и беззвучно.
Из скрытого динамика сверху звучит объявление о посадке.
— Кажется, мы прилетели, — бормочу я, посасывая нежную мочку её уха.
— Похоже, что да, — сухо отвечает она голосом, полным идеальной смеси иронии и изумления, от чего мне захотелось взять её снова.
Глава 2
Мы покидаем огромный грузовой корабль, продолжая путь пешком. Секретный проход ведет из нашей комнаты наружу и заканчивается длинной металлической лестницей, прикрепленной к корпусу.
Когда открывается люк, сильный холод ударяет меня в лицо яростной пощечиной.
«Вау». Мы находимся в каком-то грузовом порту, где припаркованы грузовые суда всех размеров и форм, некоторые размером с Лирию 4. Рабочие, роботы и транспортники роятся вокруг корабля, перевозя ящики и грузы.
Это место напоминает улей.
Мягкие синие огни освещают дорогу, а над нами безоблачное небо с яркими очетливыми звездами.
Налетает холодный ветер, сопровождаемый жутким воющим звуком.
Значит Кития, да?
Ветер треплет мои волосы, охлаждая открытую кожу лица. Я не чувствую кончика своего носа, а мои пальцы превратились в лед.
Остановивишись позади меня, Тарак протягивает мне шарф, вложив его в мои пальцы, а его большая ладонь обхватывает мою.
Тепло.
Кажется, холод совсем не беспокоит генерала. Он одет только в свою светлую мантию поверх черных штанов, смотря сверху вниз ястребиным взором на мои бесплодные попытки согреться.
— Это защитит твое лицо, — говорит он, пока я надеваю ткань на свою онемевшую кожу.
Кития настолько холодна, насколько выглядит. Сейчас, наверное, намного ниже нуля. Я засовываю руки в свою сказ-что-то шубу и прижимаю их к своему телу, пытаясь отогреть пальцы. По крайней мере, кордолианское термобелье поддерживает остальные части тела в тепле и комфорте.
Я смотрю на лестницу с беспокойством.
— Эй, Тарак, — говорю я, глядя на металлические перекладины. — Мы собираемся спуститься вниз по этой штуке, верно?
— Это стандартный путь на выход.
— На моих руках не останется ни кусочка кожи, пока мы спустимся. У тебя есть какие-нибудь перчатки?
— Перчатки? — моргает он.
— Ты забыл об этой маленькой детали, да?
В любом случае я не могу сильно винить его, так как термоодежда, ботинки и сказ-шуба были просто идеальны. Он совершенно точно угадал с моими размерам и даже обувью.
— Ты права.
