— Если в деревне останется еще хоть какая-то живность, то вряд ли. Убить тролля не так просто, да и связываться с ними — себе дороже. Они хоть и не злопамятны… Вернее — забывают все быстро. Но, кто его знает. А увидеть однажды у своих костров пару дюжин разъяренных троллей, никто не мечтает. Гоблины умом не блещут, но и не безумны. Факт… Хорошая придумка. Но, как мы потом сами с… Хозяином столкуемся?
— Если честно, то пока не задумывался, но — вариантов много. Начиная с того, что, как ты сказал, они быстро обо всем забывают. Не бери в голову. Как обхитрить мальца я придумаю, давай о деле…
— Давай… — староста был сама покладистость и внимательность. Только что в рот не заглядывал.
— А придумка моя такая. Еще до поединка объявить гоблинам, что деревня теперь принадлежит троллям. И если они хотят это оспорить, то все вопросы к Хозяину.
— Думаешь, один тролль с целым кланом справится? — покрутил головой Титыч. — Сомневаюсь. А если великан сородичей позовет свое имущество отстаивать, — то лучше Выселкам еще один клан кормить.
— Никто никого звать не будет, — поспешил я успокоить старосту. — Скажи, вот вы дань платите только потому, что сами отбиться не можете или по какой иной причине?
— Отбиться, пожалуй, мы бы смогли, — потащил потухшую трубку в рот староста. Затянулся, даже не заметив, что дыма нет, и продолжил. — В деревне пятьдесят восемь дворов. Мужиков, умеющих держать оружие, правда, всего шестнадцать. Ты же их почти всех видел. Когда к Одноглазой пещере ходили… Да дюжины две подростков постарше наберется. Только, какие из них бойцы? Копье, стрелу подать. Камень на голову сбросить, пожар потушить… Ну, и баб с полсотни. Тех, кто смерть позору предпочтет. Эти с вилами и косами хоть на тролля пойду. Выучки, понятное дело, никакой, — полягут быстро. Но, зато, ярости у них на троих мужиков хватит. Так что с сотней, а то и более зеленых недомерков, Выселки бы справились. Но только потом, если я в бою не погибну — меня казнят. Как бунтовщика и смутьяна. Вполне возможно, что и со всей деревней вместе… Вот тебе, Влад, и вся причина. Указ Императора — все споры решать поединком. А до твоего появления у нас Защитника не было. Впрочем, это я уже говорил… Поэтому и платили дань. А что поделаешь? В Приозерном мужиков раза в полтора больше, а и те покорились. Сперва ерепенились, собрали деньгу, наняли Защитника, — а потом еще и дань отдали, когда того наемник Лупоглазых убил… — Титыч опять попробовал затянуться, и только теперь заметил, что табак давно выгорел. Перевернул трубку и постучал чубуком о колено. — Так-то…
Собственно, это я и хотел услышать.
— Понятно. Не горюй, дядька Ярополк. Обещаю, если все пойдет как надо, ты вскоре не выселками, а в городе наместником сядешь.
— На кол бы не сесть, Влад… — проворчал тот. — Палачи Императора в этом деле толк знают…
— Будя тоску нагонять, ветеран… Я ж не зря расспрашиваю. Смотри, как все красиво получается. Гоблины вернутся, а Выселки уже тролль занял. Это — раз. Самому Хозяину недосуг поединками баловаться — для этого он меня нанял. Это — два. И самое главное, оцени — если придется турнуть зелененьких отсюда в шею всем миром, то проделаем мы это уже не как крестьяне, а как наемники троллей. То есть — не нарушая Императорского указа. Теперь понятна моя задумка?
Ответить Титыч не смог. Зато вытянувшееся лицо старосты и раззявленный рот были достойной оценкой моим умственным способностям.
— Варежку закрой — кишки просквозит, — усмехнулся я, подмигивая. — Все, Титыч, совет командиров закрыт на переучет. Пошли обедать. И если уж совсем невмоготу станет, так и быть, за столом, я тебе еще на пару вопросов отвечу. Я, когда поем, жутко добрый становлюсь. И — общительный…
* * *
Листица не выставила старосту за двери. Даже слова плохого не сказала. Наоборот — накрыла стол, насыпала в миски густого, наваристого борща, на сметане. Но ставила посуду на стол так акцентировано, что у бедолаги все доски поскрипывали, а ножки казалось, вот-вот подломятся. От такого потчевания, Титыч пару раз едва не подавился, а потом в сердцах кинул ложку, пробормотал себе под нос, что-то о взбесившихся бабах, которых только вожжами и урезонишь, и ушел. Думать… Пообещав дать окончательный ответ ближе к вечеру.
Ну, а по мне, ложки и миски не мины и шрапнель, можно не отвлекаться. Тем более что борщ был изумительно вкусный, а я ко всему еще и проголодался изрядно. Жизнь на свежем воздухе? Или это последствие отказа от табака? Слышал, что люди, резко бросившие курить, начинают стремительно набирать вес. Если второе, то пара лишних килограммов, особенно в области талии, мне совершенно ни к чему. Чай не бронник, — и толку никакого, и когда надо не снимешь…
