Народ задумался. Как-то происходившее не рассматривали они с этой стороны. Ну, случилось и случилось. Ну, разведчики-розмыслы, ну, подсылы-доглядчики, суровые княжьи будни. Но вот о том, что слишком уж их много за краткое время оказалось, думал, видимо, один Всеслав. И радости от этого не испытывал никакой. Потому что точно знал по своей и моей памяти, что когда страны и властители не могут договориться миром, по-соседски или хотя бы по-человечески, начинают гибнуть живые люди. Помногу. Да, здесь не было автоматического оружия, ковровых бомбардировок и систем залпового огня. И даже взрывчатки не было. Ну, почти. Но и народу жило в разы меньше. И изводить их, живых, русских, в угоду тайным планам всякой сволочи в планы великого князя не входило совершенно.
Открылась дверь, и в комнату вошли в сопровождении Гната и Вара, вежливо поклонившись, Алис и тот неприметно-мутный тип. Только выглядел он теперь совершенно по-другому. Прямая спина и другая посадка головы делали из блёклого менестреля совсем иного человека. Знавшего себе цену, и немалую, умного и ощутимо опасного. На нём была какая-то невиданная рубаха с длинными рукавами, кажется, шёлковая, на ней что-то похожее на длинную жилетку, подбитую мехом, вроде беличьего или лисьего. А на груди висела тяжёлая и явно золотая цепь с медальоном. И перстни на пальцах теперь уже совершенно не выбивались из образа: дворянин, из знатных и родовитых, тех, что восседали на подушках возле королевского престола вполне заслуженно и привычно. Вот тебе и пригласили клоунов с улицы…
— Барон Роже де Мортемер, дама Алис Мондидье, — представил бродячих артистов Рысь, проходя на привычное место за плечом Всеслава. Брови патриарха взлетели ввысь, у волхва же наоборот мгновенно сошлись над переносицей.
Пока я пытался разобраться в небогатых познаниях князя о франкских властителях и аристократах того времени, барон помог певице разместиться на лавке и устроился рядом. Вновь прибывшие подняли кубки, у Алис он был чуть побольше. Отец-настоятель не останавливался ни в медицине, ни в фармакопее, ни в самогоноварении, и не так давно порадовал лёгкой настоечкой, где чувствовался анис, бузина, малина и ещё какие-то травы. По мне так вполне себе приличный вермут получился у святого отца. У баб он, по крайней мере, мгновенно приобрёл небывалую популярность. Напиток, не монах, само собой.
— Мы рады приветствовать великого князя Всеслава Русского, его семью и ближних людей, — совершенно без акцента сказал Роже, поднимаясь с лавки и салютуя лафитничком. Так плавно и грациозно изменить положение тела смог бы не каждый. Серьёзный барон.
— Всегда рады дорогим гостям из дальних краёв, — поднимая свой кубочек, ответил Чародей, продолжая без стеснения изучать гостя. — Тем более тем, кто приносит такие нежданные вести. Полагаю, ты сможешь рассказать нам много интересного и поучительного, Роже де Мортемер.
— Почту за честь развлечь беседой тебя и твоих друзей, великий князь, — светски кивнул барон и намахнул стопку. Позволил себе чуть поднять одну бровь, осторожно поставил рюмку на стол, пощёлкал пальцами, словно раздумывая, чем бы оттенить столь неожиданную вкусовую гамму, и подцепил из миски прядь квашеной капустки с клюквой, аппетитно захрустев. С выражением полнейшего блаженства на лице.
«Споёмся», — подумал князь. «Есть все шансы. Не сглазить бы» — отозвался мысленно я. И Всеслав Полоцкий постучал трижды по столу. А великий волхв Буривой опять понимающе прикрыл глаза, дав понять, что снова не пропустил явления Врача в Воине.
Некоторое время сидели, обмениваясь малозначащими фразами, вроде как привыкая друг к другу. Было заметно, что эти двое чуть расслабились, поняв, что убивать и мучить их прямо здесь и сейчас, за столом, в присутствии священника, никто пока не собирался. Поэтому кушали и выпивали, вполне наслаждаясь жизнью. Очень редкое и очень полезное свойство для представителей такой нервной и опасной профессии.
— Признаюсь, я был довольно обеспокоен появлением дамы Алис в городе, — начал Чародей. — Неприятно осознавать, что твою жизнь, привычки и обычаи кто-то внимательно исследовал и изучил. Но это вполне объясняет мой новый титул великого князя: чем выше поднимаешься — тем больше глаз смотрят на тебя.
— Истинно так, княже, — склонил голову Роже. — Каждый из властителей несёт этот крест, как Спаситель наш Иисус Христос. Насколько мне известно, у Святого Престола есть подробные описания даже некоторых вождей северных племён, что живут на берегах моря, что вы зовёте Варяжским, — он говорил, как завсегдатай светских раутов и приёмов, легко и на любые темы. Подкованный. Где их только учат таких?
