– Ты явно допустил ошибку, – спокойно сказал Хорус.
– Какую? – в полном отчаянии вымолвил Уранум.
– Роковую. Могу подсказать, но… приятно смотреть на твои страдания, —глумился придворный астролог.
– Я всё сделал верно! Печать нагрелась, вспыхнула и потемнела. Желание принято!
– Принято, но не исполнено! Трудно напрячь то, чего у тебя нет, но попробуй ещё раз.
– Хватит издеваться! Объясняй, почему тебя до сих пор не разбил паралич?!
– Физкультура по утрам – залог здоровья.
– Не смей насмехаться надо мной! Говори! Я приказываю! – орал Уранум.
– Ничего ты мне приказать не можешь. Ты здесь никто. Да, ты сын Великого Владыки Недр, ты его наследник, но ты не законный правитель. Понял, к чему я клоню?
– Пока нет, – отрицательно замотал головой сын Хильдегарды.
– Великие Повелители Стихий, и вы считали его умным и образованным?! Он туп, как деревянный пенёк! – театрально воздел руки к каменному своду пещеры оракул.
– Ну, ты, повежливее! – обиженно прорычал сын Великого Властелина Недр.
– Хорошо, как пустой скворечник, – подобрал более верный эпитет колдун. – Устраивает?
– Хватит! Объясняй, пустая балаболка, в чём я ошибся! – в сердцах Уранум стукнул по стене кулаком.
– Ты придумал очень изощрённое наказание для меня. Если бы оно сработало, фактически я бы умер второй раз, – терпеливо объяснял Хорус. – Вот только зачем ты в конце произнёс безумно глупую фразу?
– Про во веки веков? – уточнил душегуб.
– Про твоё царство!
– Кажется, я начинаю понимать…
– У тебя нет царства! Когда появится и я окажусь в его пределах – тогда твоё желание сбудется.
– Я всё сам испортил! Горе мне! Она меня убьёт! – стонал Уранум.
– Матушка?
– Если бы только она! – хватаясь за голову, вымолвил внук Нуардис.
– У тебя есть кто-то ещё? – насторожился звездочёт.
– Великая Ве… – начал Уранум и осёкся. – Ты мне ещё и допрос устраиваешь? Убирайся вон, или я за себя не ручаюсь! Я использую ещё одно желание, лишь бы тебя уничтожить!
– До свидания. Общество злобного глупца мне наскучило.
Колдун удалился, гордо подняв голову.
Голоса смолкли, будто растворились в воздухе. Уранум остался один в смятении и негодовании. Он проклинал себя за неосторожность и с содроганием думал о реакции Нуардис. «Убьёт! В этот раз точно убьёт!» —шептал он, сжимая голову руками и покачиваясь из стороны в сторону.
Тем временем Хорус ликовал: ему удалось ослабить силу печати, и при этом никто не пострадал. Колдун смирился с потерей и не надеялся вернуть печать обратно. Он с ужасом думал, что её использование злодеями принесёт слишком много непоправимых бед и горя. Теперь он стал спокойнее на одну треть – именно на столько разозлённый Уранум по глупости ослабил её мощь. Колдун безмерно сожалел лишь об одном: не удалось спасти душу Мауроса от злых сил. Эльф проклял родителей и, казалось, перешёл на тёмную сторону. Хорус не знал, как ему помочь, как облегчить невыносимые страдания его отца и матери.
Он понял, куда направились Долорес и Маурисио. Несмотря на полученную свободу, они не собирались покидать пределы подземного царства. Они поселились в подземельях Ферлатиса рядом со входом в заброшенную шахту – в надежде, что рано или поздно единственный сын придёт к их могиле. Маурисио тщетно пытался вывести жену из состояния полной апатии. Она сидела у входа, не шевелясь, не произнося ни слова, глядя в одну точку и изредка печально вздыхая.
Именно здесь через три года их нашёл злобный Уранум. Он пристально следил за их сыном и безошибочно угадал ход его мыслей. Он наверняка знал, куда придёт и что скажет Маурос после освобождения из тюрьмы. Уранум насладился сполна, хотя это было жалкой компенсацией после провала с личной печатью Хоруса. Слушая, как юный эльф во второй раз проклял родителей и отрёкся от них, он довольно потёр руки. Маурисио, утратив последнюю надежду, сел рядом с Долорес, нежно обнял за плечи и словно погрузился в сон. Души рудокопа и его жены будто превратились в две прозрачные статуи. Хорус иногда навещал их, но несчастные, убитые горем родители не реагировали на его присутствие. Фактически они умерли во второй раз. Колдун поклялся отомстить и сделать всё, чтобы вернуть их к нормальной загробной жизни.
Так закончилась юность Мауроса – прекрасное время, когда ещё сильны надежда на лучшее, вера в светлое будущее и желание перевернуть мир. В детстве душа эльфа была совершенно чистой. В юности она утратила половину первоначальной чистоты, а потом почти полностью почернела. Однако не всегда чёрные мысли и желания становятся делами. Большинство душ просто неспособны перейти эту границу.
Заговорщикам казалось, что эльф сделал окончательный выбор и перешёл на тёмную сторону. «Всё идёт по плану. Мы в шаге от успеха! Считай, Чёрный Маршал у нас уже есть», – приговаривала Нуардис с явным удовлетворением. «Есть, только он там, а мы здесь», – урезонивал её Уранум. «Вот ты его сюда и доставишь, а я скажу тебе, как и когда», – отвечала Великая Ведьма. Но не спешила открывать внуку все карты.
