В конце XIX века внимание всего мира было приковано к противостоянию крошечных бурских государств и огромной Британской империи. Тогда на юге Африки шла война, которая стала прообразом будущих мировых конфликтов.Пулеметы, магазинные винтовки, бронепоезда и скорострельные пушки — почти все атрибуты современной войны прошли «обкатку» на полях Трансвааля и Оранжевой республики. Одной из первых книг об Англо-бурской войне стали воспоминания партизанского генерала Христиана Девета, которые почти сразу были переведены на русский язык и не переиздавались в России больше ста лет. Только теперь у современного читателя появилась возможность познакомиться со взглядом на Англо-бурскую войну проигравшей стороны.
Третий не прикуривает. Почему? Когда первый англичанин зажигает спичку, бур хватает винтовку, когда от нее прикуривает второй — целится, а когда третий — стреляет.
Христиан Рудольф Девет — так правильно было бы называть знаменитого бурского генерала-партизана — родился 7 октября 1854 г. в округе Смитфилд Оранжевого свободного государства. «Цветное» название родины Девета происходит от реки Оранжевой, по которой проходила граница этой республики. Вместе с государством Трансвааль, располагавшемся далее к северу, они составили достаточно странное для политической карты Африки того времени образование: две независимые страны, основанные потомками голландских и французских колонистов, в окружении английских владений.
История буров — так обычно называют соотечественников Девета, — началась в середине XVII в. вместе с колонизацией голландцами района Кейптауна, получившего название Капской колонии. Вскоре сюда прибыли бежавшие из Франции гугеноты, а также немало выходцев из других регионов протестантской Европы. Спустя полтора столетия, во время Наполеоновских войн, Капская колония попала в руки англичан. Поначалу британская администрация не вмешивалась в дела местного белого населения, но после 1820 г. стали прибывать английские переселенцы и начались проблемы. Вводились английские законы, английская система образования. Британцы заигрывали с местным чернокожим населением, которому буры как минимум не доверяли. Закон 1833 г., отменяющий рабство, не вызвал у них понимания.
В 1835 г. более 10 000 человек, в основном из восточных областей Капской колонии, начали Великий Исход. Они искали свои «земли Палестинские» на берегах рек Оранжевой и Вааль. Глубоко религиозные люди, буры сохраняли пыл, который был характерен для кальвинистов и гугенотов времен Религиозных войн в Европе. Их главными советчиками были Библия и здравый смысл. Они не доверяли англичанам, не доверяли племенам башу, на территории которых основывали свои новые поселения. Они не доверяли даже голландской Реформатской Церкви, которая решительно выступала против этого исхода. Они уходили от «сего мира» в земли, где хотели жить по библейским законам и оставаться свободными людьми. Недаром они называли друг друга «бюргеры», то есть свободные граждане. Словечко «бур» («крестьянин») воспринималось ими как обидное.
Между тем большинство людей, говоривших на африкаанс, диалекте голландского языка, осталось на территории Капской колонии. Англичане позволили им сохранить культурную и религиозную самобытность и смогли привлечь на свою сторону. Все это в будущем трагически сказалось на судьбе бурских республик.
Первые десятилетия существования Трансвааля и Оранжевой были наполнены постоянными столкновениями с зулусами, англичанами, друг с другом. В 1880 г. англичане установили контроль над Трансваалем, но после восстания (известного как Первая англо-бурская война 1880–1881 гг.) независимость бурских государств была восстановлена.
Буры оказались решительными людьми, неколебимая уверенность в своей правоте и силе, воспитывавшаяся в течение многих поколений, позволила им создать вполне жизнеспособное общество. Девет в начале своей книги рассказывает о том, как питались бурские ополченцы: основой их «диеты» было мясо, которым они пользовались разумно и экономно — в отличие от англичан, для которых мясо было важным, но все же дополнением к зерновому рациону. Это важная деталь: питание характеризует жизнь буров. Земледелием занималось меньшинство. В большинстве своем соотечественники Девета были скотоводами, разводили быков, овец, создали страусиные фермы (певички знаменитых парижских кафешантанов одевались в перья, присланные из библейских земель буров). Постоянная угроза со стороны чернокожего населения и хищников, обитавших в саваннах, превратила их в прекрасных стрелков, выносливых наездников и прирожденных партизан. Центральные власти не вмешивались в дела бюргеров, а библейская религиозность делала их законопослушными людьми. Несмотря на запрет рабства, к чернокожим они относились как к людям низшего сорта и свысока смотрели на англичан и африкаанс, обитавших в Капской колонии и Натале.
Возможно, эта необычная цивилизация просуществовала бы дольше, но золотая лихорадка 1880–1890-х гг. резко поменяла жизнь свободолюбивых бюргеров. После открытия золотых копей близ Йоханнесбурга сюда ринулись тысячи и тысячи золотоискателей, в основном говоривших на английском языке. Про Трансвааль узнали в Европе. О необычайных богатствах этой земли писали Луи Буссенар, Майн Рид, Конан Дойл. Райдер Хаггард — словно в унисон библейской религиозности буров — поместил в Южной Африке легендарные «копи царя Соломона».
