Все еще виновато смотрел лорд Тайр. Муж. Надежный, как тщательно и неторопливо сделанная дубовая мебель. Классика всех времен, а не супруг. Такой рыцарь и должен сопровождать королеву фей. Крепкий, всегда готовый к действию. Лицо? Конкурировать в очаровании со сказочным созданием бессмысленно. Если при виде мужской рожи не хочется морщиться — все отлично… Хотя у него красивые, пусть и забавно подстриженные, темные волосы. И он умеет спокойно улыбаться…
Что он еще умеет? Шпионке интересно?
Да.
Катрин была не против. Нет, не против…
— Это трудно — так драться? — Сквозь аккорды простой мелодии Катрин едва расслышала шепот Маб.
— Нет. Глупо. Почти всегда глупо. — Собственный язык повиновался с трудом. Катрин чувствовала, что сейчас просто перевернет стол и выскочит за дверь. О, боги, совсем опьянела.
— Как это называется? — Катрин двинула бокал.
— Ширитти, — прошептала Маб. Дерзость и волнение в ее глазах мешались с нетерпением.
— Вкусно, — Катрин взглянула на лорда Тайра. Мужчина, не отрываясь, следил за гостьей.
С остановившимся сердцем Катрин взяла узкую кисть медноволосой феи. Хрупкие, унизанные тоненькими кольцами пальчики, должно быть, никогда не прикасались к оружию. И не надо. Холодная сталь не для них.
Катрин бережно окунула палец рыжеволосого ангела в свой бокал. Слизывать прозрачно-рубиновые капли было сладко. Катрин чувствовала, что пьянеет непоправимо. И Маб смотрела такими же хмельными глазами. Рука ее была безвольна, спина, бедра каменно напряжены.
Лорд Тайр не дышал.
— Ночи сейчас короткие. Я не прочь осмотреть вашу комнату. И постель… — Возможно, голос звучал омерзительно хрипло, но Катрин было уже все равно…
Люди грешат. Потом им стыдно. И сладко. И очень не хочется выползать из развороченной постели. Хочется еще грешить. Но нужно идти, и утро кажется ужасным.
Насколько дурно это утро, Катрин узнает в «Светлом пути». Ее людей нет. Зато саму шпионку ждут люди с нашитыми на куртки «двойными решетками». Это очень похоже на арест.
Дверь за спиной негромко, но убедительно хлопнула, и Катрин осталась наедине с хозяином кабинета.
Кабинет как кабинет, похож на офис с консервативными традициями: просторный стол, несколько жестких кресел. Из оргтехники — чернильница, перья да увесистое пресс-папье. Сей уголок принадлежит самому высокопоставленному лицу земель Кэкстона. И по трезвом размышлении, гостье не приходится ждать радушного приема.
Катрин была отконвоирована сюда из опустевших комнат «Светлого пути». Двое «крестоносцев» кратко предложили пройти с ними. Можно было и не подчиниться, в узком помещении Катрин достаточно высоко оценивала свои шансы. Но, надо понимать, Даллап с компанией не погулять вышли. Катрин выбрала благоразумный путь сдержанности и дипломатии.
Может быть, и зря.
Хозяин кабинета соизволил повернуться к гостье. Отложил свиток на заваленный бумагами стол, поднял утомленное лицо. У шпионки сложилось впечатление, что хозяин не позирует. Ну, занятый человек, такое бывает.
— Мисс? Миссис? Слишком молода, значит мисс. — Глуховатый голос звучал отрывисто, нетерпеливо.
Наместник оказался высоким худым мужчиной. Довольно невзрачным, если честно. Небрежно зачесанные волосы символически прикрывали залысины высокого лба. Темный свободный костюм не скрывал костистых сутулых плеч. Пояс оттягивал обыкновенный прямой кинжал. Движения хозяина города были столь же порывисты, как и речь.
— Давно расстались с эрой компьютеров, госпожа Катрин Мезозойская? Удачнее псевдонима не придумалось?
— Чем этот плох? Мне скрывать нечего, господин…
— Просто господин Наместник. Все остальное в прошлом. Как поживает профессор? По-прежнему увлечен дискурсивными[30] турне? Впрочем, вы правы, мне абсолютно не интересно, чем он увлечен. Кстати, меня беспокоят люди, которым нечего скрывать. Максимально откровенны лишь профессиональные шпионы. Не так ли? С какой целью прислали столь юную особу? Тактика обольщения? Ненавижу светские разговоры. У меня много дел.
Он вдруг коротко улыбнулся:
— Я не мешаю вам размышлять, мисс Катрин?
— Нисколько. Я вообще не склонна к отвлеченной философии.
— Весьма современно, — кивнул Наместник. — Чип возврата вам куда вшили? Не беспокойтесь, я не собираюсь заниматься вивисекцией. Вы ведь не думаете возвращаться в тот дряхлый цивилизованный мир по собственной воле?
Это был сложный вопрос, и Катрин позволила себе лишь улыбнуться.
Наместник продолжал говорить, и вклиниваться в сей поток высокоорганизованного сознания было бы невежливо.
— У меня есть для вас настоящее дело. Я остро нуждаюсь в людях с прогрессивным мышлением. Нет ничего утомительнее, чем объяснять аксиомы. Все-таки странно, что вы так молоды и миловидны. Почему именно вас послали? Это детали, потом. Какого вы вероисповедания?
Очевидно, этот вопрос требовал озвученного ответа, потому что требовательный близорукий взгляд остановился на лице Катрин.
Еще один сложный вопрос.
— Христианка. Православная, — после некоторой паузы ответила шпионка.
— Славянские корни? — кустистые брови удивленно приподнялись.
