ВОЙНА ДОЧЕРЕЙ полностью

Ты не друг и не милей,

Чем для кошки воробей.

Мне не больше нужен ты,

Чем тебе стакан воды.

— Рассказывайте! — сказала я, но я была единственной, кто это сказала. Здесь этого не следовало говорить. Некоторые засмеялись, но по-дружески, и Иносента ущипнула меня, как могла бы сделать старшая сестра.

Рассказ закончила вторая жрица.

И тогда, приличия ради, руки короля отпустили вращающийся в воздухе тюрбан, и его тело замертво упало на пол. И то, о чем он подумал в свой последний миг, стало для него раем или адом, хотя выражение его лица наводило на мысль об аде.

Так оно и было.

— Так оно и было, — сказали мы. Не прошло и получаса с начала моей первой службы, как мне уже рассказали про детоубийство, сдирание кожи и месть после смерти. По крайней мере, Делгата не была скучной. Чего нельзя было сказать о церкви солнца.

Вспоминайте о Невесте в самые мрачные моменты своей жизни, и она придаст вам сил. Предвкушайте свой союз с ней на Берегу, ее радостные поцелуи, ее искреннее, живое лицо. Верьте в это; или, по мере того как вы будете учиться вере, найдите свое собственное воплощение. Она может быть принцем на коне. Или старухой с горячим супом. Она придет к вам, куда бы вы ее ни позвали — в лес, на гору, в дом вашего детства. Но если вы новичок, подумайте о Нашей Безмятежной Госпоже в расцвете ее красоты на ночном пляже. Это ее самый сильный аватар, и лицо, которое она чаще всего показывает тем, кто ее любит. Те, кто боится ее, когда-нибудь увидят скелет, меч и крылья, закрывающие солнце.

И да будет так.

— И да будет так.

И тогда жрецы произнесли слова, наиболее священные для воинов в культе Дал-Гааты.

Короткая жизнь, кровавая рука.

Говорить это — значит молиться о мастерстве и силе в бою, а также признавать и праздновать, что в награду за это смерть наступит раньше.

Я повторила эти слова вместе с другими.

— Короткая жизнь, кровавая рука!

Я до сих пор повторяю их каждый день.

26

Армии Холта и других Дальних знамен прибыли в освобожденную крепость Карраск на следующий день. Мы потренировались с птицами, потренировались сами и, выстояв длинную очередь к повару, съели свои скудные пайки. Мы хорошо накормили птиц, так как повозка интенданта доставила им гораздо больше еды после победы над гоблинами-мясниками — генералы надеялись, что крик птиц окажется эффективным против бо́льшего числа Наших врагов.

Теперь, стоя на вершине небольшого холма, Иносента, Алисенн и я наблюдали за прибытием этих новых солдат в тень замка Карраск. Было много пыли, слышался бой барабанов, а со стороны армии холтийцев — монотонное пение гальтских корнемюзов и высокие дудки Северного Холта, что меня раздражало. Постарайся не обижаться, испантийские козлиные дудки ничуть не лучше, но все эти инструменты звучат для меня как насилие на котами. И все же в каждой стране есть своя версия этих песен, как будто боги повелевают, чтобы люди нигде не могли отдохнуть и обрести покой.

— А это чье знамя? — спросила Алисенн, указывая на белый флаг с черной змеей, обвивающей меч.

— Какой-то леди из Антера, — сказала я.

— Значит, ты разбираешься во флагах и геральдике?

— Нет, — ответила я, — но нас учили сражаться против разного типа доспехов. Эти доспехи — ткань, толстая и объемистая, и ее очень трудно проткнуть.

— Эти доспехи похожи на подушки.

— Да. Я слышала, что их обладателей называют подушка-рыцарями. Похоже, эти доспехи очень хорошо предохраняют от арбалетных болтов.

— Держу пари, когда в них застревают несколько штук, они становятся похожи на ежей. В любом случае, они выглядят очень теплыми.

— А те, что мы носим, такие холодные и легкие?

— Эти выглядят еще хуже. Я бы никогда не захотела носить их в высокотрав.

— Мы почти в зольне.

— Высокотрав или золень. И то, и другое — летние месяцы.

— Сегодня чертовски жарко, — сказала я.

— Да, — согласилась Алисенн.

Этот разговор заставил меня оглядеться в поисках бочки с водой, но я ее не увидела.

Я услышала пение саранчи в полях.

— Как вы думаете, кто здесь самый лучший там, внизу? ’Сента?