В свете восходящей луны земля за храмом казалась красной, перекрывая северные ворота и простираясь так далеко, как только мог видеть глаз. Воины в черных и малиновых доспехах стояли щит к щиту, их лица закрывали шлемы или гейтеры.
— Что перед нами? — спросил Кастил, когда мы подошли ближе.
Я дала волю своим чувствам. Ко мне вернулась смесь эмоций разной силы. Соленая решимость. Огромная пустота. Страх. Более слабая пустота от тех, кто скрывал свои эмоции.
— Смертные, рыцари и Восставшие, — сказала я им.
— До чего же разнообразна Кровавая Королева, — пробормотал Киеран.
Мой взгляд упал на землю храма. Я не могла разглядеть, кто там был. Была ли там Миллисента с нашей матерью? Вмешается ли она от ее имени, когда станет ясно, что мы планируем? Или она будет помогать нам?
Кастил подал сигнал, лошади замедлили ход и остановились, когда мы подъехали к подножию храма. Он посмотрел на меня, и я, сделав неглубокий вдох, кивнула.
Ослабив поводья, я сошла с лошади, и Кастил сделал то же самое. Остальные, кто присоединился к нам в храме, последовали за ним, а Кастил направился к месту, где ждали генералы.
— Помните о плане, — сказал он. — Вольвены предупредят вас, когда придет время.
Генерал Эйлард и Свен кивнули, пока Нейл и Эмиль осторожно выгружали гроб Малека из повозки.
— Будьте осторожны, — обратился к нам Свен.
Вспомнив то, что слышала раньше, я ответила:
— Но будьте храбрыми.
Хиса поймала мой взгляд и усмехнулась, помогая Нейлу и Эмилю. Я улыбнулась, когда Кастил поймал Малика за руку. Изгиб моих губ потускнел.
— Держись рядом со мной, — проговорил Кастил, понизив голос, когда встретился взглядом с братом. — Не делай ничего, что может поставить под угрозу то, что мы здесь делаем, или твою жизнь.
Выражение лица Малика было невозмутимым, но он кивнул
— Ты мог бы хотя бы улыбнуться, — сказал Киеран Малику, когда Кастил отпустил его руку. — По крайней мере, на этот раз у тебя есть меч.
— Ну спасибо, — пробормотал Малик, когда Кастил бросил на него взгляд, после которого мудрый человек замолчал бы. — Знаешь, за то, что позволил мне иметь минимальную защиту.
— Как насчет того, чтобы перестать ныть и помочь нам? — пробурчал Нейл. — Для спящего бога этот ублюдок, конечно, тяжеловат.
Ругаясь себе под нос, Малик подошел к передней части гроба.
— Может, дело не в том, что он тяжелый. Просто вы все слабые.
— Скажи это еще раз, — предупредила Хиса, ее глаза сверкнули янтарным светом над защитным шлемом, — и я надеру тебе задницу.
Малик ничего не сказал, помогая опустить гроб на землю, но его губы дернулись, когда во рту появился приторный вкус.
— Что это с мужчинами Да'Нир, которых забавляет, когда им угрожают женщины? — спросила я.
Киеран фыркнул, взял меня за руку и повернул к себе лицом.
— Вероятно, у этого вопроса есть сложный ответ, — сказал он, осторожно взяв мою корону и приподняв ее так, чтобы она не зацепилась за волосы. Ни Кастил, ни я не стали бы носить наши короны. На поле мы и так были бы мишенями, и нам не нужно было ничего, что облегчило бы нашу идентификацию. — Глубоко укоренившиеся проблемы, охватывающие многие поколения.
— Я нахожу это
— Конечно, находишь. — Киеран взял мою корону и положил ее в шкатулку, которую держал страж короны — гораздо более богато украшенную, деревянную, с гравировкой и атлантийским гербом. Полагаю, люди устали видеть короны в коробке из-под сигар. Затем он повернулся к Кастилу и с той же нежностью снял его корону, положив ее рядом с моей. Он смотрел между нами, пока стражник садился на лошадь и уезжал, чтобы сохранить короны. — Мы готовы?
Кастил посмотрел на меня.
— Моя королева?
Мой пульс слегка участился, и в груди зародился трепет нервного предвкушения. Сущность затрепетала.
— Да.
— Тогда время пришло. — Рот Кастила коснулся моего. Его губы приобрели вкус соленого бриза, когда он взял мою левую руку. Его большой палец провел по ослепительному, золотому орнаменту. — Мы покончим с этим сегодня вечером, так или иначе. А потом я собираюсь найти тот бриллиант, о котором тебе говорил. — Он снова поцеловал меня. — Но перед этим я собираюсь получить то, что хочу. Тебя. В доспехах.
— Боги, — Киеран наполовину вздохнул, наполовину рассмеялся.
Губы Кастила изогнулись в улыбке на моих.
— Не похоже, что ты об этом не думаешь.
Мои глаза расширились, когда Киеран словно подавился своим дыханием. То, что я вдруг почувствовала от него, пока Кастил хихикал, не было смущением. Оно было острым и тяжелым, слишком мимолетным, чтобы я могла ухватиться за это. Мои глаза сузились на Киерана, когда Кастил взял меня за руку.
— Ты скрываешь свои эмоции?
— Я бы никогда этого не сделал, — ответил Киеран, выражение его лица выражало чистую невинность.
— Угу, — пробормотала я, пока Кастил вел нас вокруг повозки к храму.
