- Что же, как это ни прискорбно, но в сложившихся обстоятельствах удерживать вас я не имею права. Вы уже послужили своей стране поболе многих других и, я уверен, в будущем послужите еще, приобретя куда большую силу. Я утвержу ваше убытие в тыл на переформирование с надеждой на скорую встречу. Поверьте, я умею ценить достойных людей. А вы, вне всякого сомнения, показали себя, не только превосходным летчиком, но и выдающимся командиром новейшего вида войск. Потому очень надеюсь на продолжение нашего сотрудничества. Но прежде чем вы покинете меня, я обязан озвучить еще один вопрос, - слегка скривился генерал, вынужденный сейчас цепляться руками и ногами за все доступное имущество способное облегчить положение его армии. - До меня доходили слухи, что многие интенданты весьма недовольны тем фактом, что у вас на аэродроме складируется немалое количество материальных ценностей разбитых немецких частей, которые могли бы пригодиться войскам. Я, конечно, помню, что сам выдавал вам разрешение на сбор брошенного немецкого вооружения и подвижного состава, но ведь среди прочего затесалось немалое количество продовольствия и вещевого имущества. Кхм, да. По слухам.
- Не отрицаю, что в брошенном подвижном составе немецкой армии могли находиться подобные грузы, но сейчас все это имущество уже описано и принято на баланс Первого добровольческого корпусного авиационного отряда. Если вы отдадите приказ, я выделю все запрошенное тому или иному полку. Но до тех пор господа интенданты на все свои требования будут получать от меня один и тот же ответ - "Кто первый встал, того и тапки!", Александр Васильевич.
От души отсмеявшись и вытерев платком выступившие на глаза слезы, Самсонов погрозил пальцем Егору, но в глазах читалось веселье. - И все же я бы попросил вас, разрешить данный вопрос с господами интендантами. Ведь именно от них зависит, насколько хорошо будет одет и насколько сытно накормлен каждый солдат моей армии.
- Полагаю, что с достаточно умными людьми мы всегда сможем договориться, - не стал противиться неизбежному Егор, тем более что тащить в тыл десятки тонн продовольствия и фуража не имело никакого смысла, если его можно было продать армии прямо здесь по вполне адекватной цене. Вот только те самые интенданты не спешили расставаться с выделяемыми на оснащение войск деньгами, стараясь урвать все за так.
- Вот и замечательно...
В течение последующих двух недель все самое ценное было вывезено в Варшаву и уже оттуда переправлялось в Ригу на склады завода "Мотор". О будущем оружейном голоде помнили все трое друзей и потому целенаправленно собирали немецкое вооружение и боеприпасы, заодно выменивая его же за бесценок на продовольствие, лошадей, повозки и прочие материальные ценности, приглянувшееся интендантам из числа трофейного имущества отряда. Автомобили, мотоциклы и велосипеды после ремонта и так продавались в казну, пусть и по цене сильно меньше рыночной, но ныне все старались заработать на войне и авиаторы решили не становиться исключением, разве что ориентируясь не столько на получение сверхприбылей, сколько на поставку в войска потребного вооружения и техники.
