Для кого именно датчане изготовили целых две с половиной тысячи своих пулеметов под патрон 7х57 маузер, так и осталось загадкой. Но склады буквально ломились от готовой продукции, которую очень сильно хотелось пристроить. Даже по довоенным ценам такое количество оружия и принадлежностей к ним тянуло на четыре с половиной миллиона рублей. Огромные деньги! И лишь тот факт, что воюющие армии все еще не распробовали все приятные аспекты наличия в пехоте подобных легких пулеметов, не позволяло оружейникам задирать цены. Но уже скоро этого следовало ожидать, отчего русским визитерам и требовалось торопиться, пока в далекой Испании свою часть переговоров вели совершенно другие люди. Забегая вперед, следовало сказать, что обожавшие взятки и подношения испанские военные и чиновники позволили провернуть сделку не только между русскими и датчанами, но также между все теми же русскими и швейцарцами, что с удовольствием избавились опять же от остатков мексиканского заказа на винтовку Мондрагона - первую в мире самозарядную винтовку официально принятую на вооружение, пусть мексиканцы и выкупили у SIG всего четыре сотни стволов из вдесятеро большего заказа. Вот только это совсем не значило, что русским покупателям удалось наложить лапу на оставшиеся три с половиной тысячи. Готовой продукции и имеющихся заготовок хватило на то, чтобы предложить столь удачно подвернувшемуся клиенту всего полторы тысячи подобных винтовок, что могли быть поставлены в течение ближайших шести месяцев. Пусть для вооружения обычной пехоты эти винтовки оказались не годны, в силу сложной конструкции и большой боязни грязи, не говоря уже о немалой цене, для рот охраны аэродромов они виделись великолепным оружием. Жалко только, что цена была отнюдь немалой, да и возможность последующей поставки оставалась под вопросом. К тому же, теперь следовало срочно найти поставщика нового типа патронов, так как японцы отказали в их поставке, как и датчане со швейцарцами. Причем у тех же японцев в середине октября удалось выкупить еще 200 тысяч устаревших винтовок Арисака образца 1897 года, под снятый с производства тупоконечный патрон, находящихся на мобилизационных складах в Корее со времен окончания Русско-Японской войны. Но в силу малого числа уступленных японцами патронов, всего по 125 штук на ствол, их предполагалось передать на вооружение полиции, конвойных войск и флота, чтобы высвободить для фронта имевшиеся у тех винтовки Мосина. На этом все и закончилось - в первых числах ноября от военного министра пришел приказ прекратить закупочную деятельность стрелкового оружия, что не подходило под русский трехлинейный патрон. Правда, "Рижская оружейная фабрика" в частном порядке, но не без помощи командующего ИВВФ, также успела заказать в САСШ у "Винчестера" дополнительные десять тысяч самозарядных карабинов образца 1907 года и 20 миллионов патронов к ним, благо американская компания согласилась изготовить оружие своей конструкции, чтобы поддержать производство прежде не пользовавшиеся такой популярностью модели. И в тех же САСШ повезло найти производителей ставшего необходимым патрона 7х57 мм, за что отдельное "спасибо" следовало сказать испанцам, чьи взятые в качестве трофеев винтовки оказались на территории САСШ в 1898 году и впоследствии были реализованы частным лицам.
При этом душу владельцев фабрики грел тот факт, что за столь нужное русской армии оружие в конечном итоге заплатила казна, а не они, ведь все взятые ими в качестве трофеев немецкие и австрийские винтовки с карабинами, коих в конечном итоге набралось аж 34654 штуки, были проданы армии по 15 рублей. А относительно невысокая цена, и пятьдесят тысяч отступных, положенных в нужный карман, позволили не вызвать на свою голову гнева небожителей. Разве что на патроны пришлось несколько разориться, так как в трофеях обнаружилось вдесятеро меньшее количество, чем было заказано американцам. Впрочем, оплату "Винчестер" должен был получать четырьмя частями - по мере отгрузки партий, а деньги за трофеи упали в карман единомоментно, что позволило тут же пустить их в оборот. Полностью же закрыть дефицит личного оружия позволил первый триумф русского оружия в наступившем 1915 году, что принес не меньше, чем смогли с начала войны сдать все отечественные предприятия вместе взятые. Да и авиация в очередной раз продемонстрировала свою все возрастающую роль. Но, не окажись в нужном месте в нужное время одного пилота, все могло пойти по-другому.
