Вверх по Амуру пошли только после небольшого путешествия к устью Уссури. Сазонов хотел показать свои канонерки как можно большему числу амурцев, чтобы о них пошла гулять молва средь них. Назад, к Усть-Зейску шли медленно, с частыми остановками в пути. Остановки Сазонов старался делать в непосредственной близости от более-менее крупных городков. Зачастую, старосты поселений, возле которых ангарцы становились на отдых, присылали мальчишку - узнать, что нужно не проявляющим явной агрессии гостям. И тогда за нехитрые железные изделия и стеклянные поделки - разноцветные бусы и разного рода фигурки амурцы приносили к кораблям свежий хлеб, яйца, молоко и парное мясо. Сазонов позволил даже взять и местного вина. Кстати, на каждом ангарском изделии, что меняли амурцам, стояло клеймо - пикирующий сокол. Это нужно было, чтобы ангарцев впредь сразу узнавали, такой же герб был прикреплён и к бортам обоих кораблей. Наконец, спустя дней, канонерки уже приближались к Зее.
- Острог они уже должны скоро закончить, - сказал Сазонову Матусевич. - Там осталось башни поднять, казарму поставить и пушку поднять на стену.
- Отлично, потом будем на Сунгари острожек ставить. До зимы может успеем хоть зимовье сладить, - отвечал Алексей.
Ким, тем временем, пробовал разговориться общением с пленными корейцами. Выходило пока с трудом, но с каждым часом общения Сергей чувствовал, как улучшается его разговорная речь после долгого тринадцатилетнего перерыва в общении. Так он начинал понимать то, что ему говорили пленные. Оказалось, что корейский король Ли Инджо по каждому требованию Айсиньгиоро Абахая был обязан выставлять воинов для нужд Цин. В связи с дефицитом у маньчжур огнестрельного оружия, корейские аркебузиры были как нельзя кстати. Часто маньчжуры вызывали своих вассалов, чтобы они усмиряли сунгарийских людишек, что бывали непокорны Цин. Совсем недавно корейцы участвовали и в разгроме князя Бомбогора, после чего амурцы признали себя вассалами Цин.
До Усть-Зейска оставалось пара часов хода, когда над рекой дальними раскатам пророкотал пушечный выстрел. Едва услышав его, и Сазонов и Сартинов, каждый на своём корабле, скомандовали машинистам полный ход. По мере приближения к посёлку всё чаще звучали сухие винтовочные выстрелы, да ещё раз громыхнула пушка. У Сазонова было невесело на душе, ведь именно он затягивал возвращение канонерок, проведя несколько лишних дней на Амуре. Алексей оглядел своих людей - лица товарищей были напряжены и исполнены холодной решимостью, пальцы их сжимали оружие. Ким уже был на своём месте, в небольшом гнезде над рубкой.
- Это не могут быть маньчжуры, - пролепетал Ципинь, отвечая на вопрос Сазонова.
- А кто тогда? - рыкнул на него Матусевич.
Маньчжур едва снова не обделался, как при первой встрече с майором:
- Это Гуйдагур или Толга! - завизжал Ципинь, прикрывая голову руками. - Я передавал их людям приказ хана Абахая.
- Какой ещё приказ, собака? - спросил его переводящий слова ангарцев тунгус Пётр, схватив маньчжура за шкирку.
- Воевать против даурского князя Ивана и его большеносых военачальников, принудив его стать вассалом Цин, - судорожно выплёвывал слова Ципинь.
- Сколько у них воинов? - продолжал давить на маньчжура Матусевич.
- Не знаю... Тысяча, две, три! Я не знаю! - заверещал тот и Игорь, подняв его за ворот, отбросил Ципиня на доски палубы.
Время шло в тяжком ожидании. Сазонов боялся непоправимого, ведь кроме дюжины казаков и Бекетова в строящемся остроге находились четыре десятка необстрелянных тунгусов-выпускников удинской военной школы. Лишь некоторые из них успели пройти стажировку во Владиангарске и как они поведут себя в первом бою при многократном численном перевесе врага, было неизвестно. Наконец, показалась Зея. Ещё немного, пять сотен метров и покажется острог.
- Ким! Высматривай богато разряженных амурцев на конях, вали их в первую очередь! Без князей они разбегутся, как крысы.
Однако, к великому изумлению Сазонова, ожидавшего увидеть нечто похожее на кадры из фильма про индейцев, где чингачгуки осаждают английский форт, вокруг недостроенного острога толп пускающих стрелы туземцев не наблюдалось.
- Это казаки! Товарищ майор, это не амурцы! - закричал сверху снайпер.
