Все это время на южный берег Дуная продолжали перебрасываться новые бригады и дивизии. Когда главнокомандующий посчитал их количество приемлемым, поступил приказ разделить армию на три отряда: Передовой, который возглавил Гурко, Рущукский генерала Радецкого и Западный отряд цесаревича.
Гурко должен был двигаться на юг, захватить древнюю столицу Болгарии город Тырново и взять под контроль перевалы на Балканах. Радецкому поручалось форсировать реку Янтру на востоке, овладеть Белой и осадить сильную крепость Рущук. Цесаревич же двигался на запад, к Никополю и Плевне. Все выглядело ясно, понятно и логично, умная голова составляла план компании.
Для обсуждения деталей командование Западного отряда собралось в одном из домов Систово. В небольшой комнате находилось почти двадцать человек во главе с командиром отряда цесаревичем Николаем, облаченным в пехотный мундир, с саблей на боку. Наследника престола почти везде сопровождал его младший брат и верный помощник Александр, которому в новой истории уже не суждено стать очередным императором, ибо у наследника свой сын растет. Также здесь присутствовал еще один младший брат Николая и Александра — штабс-капитан Сергей Романов, исполняющие обязанности адъютанта.
Романовых в армии было много, на мой взгляд, даже с перебором. Кроме Императора и его сыновей, НикНика Старшего и НикНика Младшего имелся Владимир Александрович, который командовал 12-м корпусом Рущукского отряд. Алексей Александрович управлял всей морской флотилией на Дунае, а еще один брат царя Михаил являлся главнокомандующим Кавказской армией. Вдобавок в армии присутствовали два светлейших князя Романовских, один из которых, Евгений, недолгое время командовал гусарами Смерти. Романовы занимали множество важнейших постов, часть из которых могла бы отойти более компетентным людям. Правда, в отличии от политиков и их родственников из моего времени они отличались определенной отвагой и за чужими спинами не прятались, что уже говорило о многом.
— Наша задача, господа, выдвинуться в сторону Никополя, захватить данную крепость, после чего направить все усилия для взятия Плевны и остановки армии Осман-паши на реке Вит, — негромко, но внушительно сказал генерал-майор Шнитников, начальник штаба 9-го армейского корпуса, являющегося основой Западного отряда.
— Для взятия Никополя и дальнейшего успешного продвижения у нас имеются все необходимые силы, — добавил новый командир 9-го корпуса, генерал-лейтенант Столыпин, отец известного мне по прошлой истории будущего премьер-министра. — Прошу взглянуть на карту.
Генералы Шильдер-Шульднер, Вельяминов, Кнорринг, Богацевич, Похитонов, Белокопытов, Брандт, Гильхен, Лашкарев, Дандевиль, Ратеев и Ольдекоп уважительно выстроились вокруг наследника, Столыпина и начальника штаба Шнитникова, знакомясь с планом компании. Генеральские звезды и лампасы буквально заполнили помещение. Полковников здесь было всего четверо — я сам, командир 2-й бригады Сводной Кавказской дивизии Григорий Чернозубов и Петр Паренсов, офицер Генерального Штаба по особым поручениям, в чью задачу входила координация действий разведчиков и агентов на территории Болгарии. Со дня на день ждали генерала Фельдмана, который возглавит всю разведку, все же подобное дело требует более основательного внимания, полковника здесь явно недостаточно. Паренсов являлся моим непосредственным начальником по линии разведки, именно через его руки и его голову шел колоссальный объём информации. Он, Столыпин и Шнитников являлись мозгом Западного отряда и потому занимали почетное место рядом с цесаревичем. Нам же с Чернозубом места у стола не нашлось, и мы скромно стояли у окна, прислушиваясь и ожидая приказов. Вместе с нами находился и четвертый полковник — Скалон Василий Данилович, командир Саперного лейб-гвардии батальона и родственник Георгия, моего друга со времен Старой Школы. Саперы являлись единственными представителями прославленного Гвардейского корпуса на территории Турции и прибыли они из России по личной инициативе наследника.
