На лице Раисы сеточка из вен, и Ян применяет силу, чтобы сдержать ее. Раиса понимает, что она монстр, и сейчас может напасть на сестру. Кровь – наркотик. Раиса не в силах контролировать себя. Монстр. Мясник. И, это ее сущность.
Но, нужно рассказать о начале? Первородный вампир, встретил Катерину Петрову. Она была особенная. Она хотела жить. Он сам не знает, что нашел в ней, но бороться с этим не мог. Элайджа утрачивал контроль, когда речь заходила о Кетрин.
Элайджа точно знает, что добьется своего, когда смотрит в сторону лежащего тело Кетрин. Она ушла, и он только не понимает, зачем ей все это. Элайджа прокусывает тонкую шею Маргариты, и одной рукой приподнимает ее над полом.
— Отвечай ведьма, в чьем теле Катерина? Она должна быть где-то рядом! Отвечай!
Маргарита всхлипывает, смотря, как ее кровь капает на пол собора. Раиса бы вмешалась, но только сейчас Маргарита осознает, что ее сестра – Мясник. Раиса не спасет ее.
— Я не знаю, Элайджа. Давина установила связь с тем телом, в которым была Кетрин до того, как умерла. Я не знаю.
Пирс для него наркотик, и Элайджа теряет весь рассудок и мысленно сравнивает себя с ней : Как бы она поступила? Она с легкостью посылала все к черту, и поэтому имела все, и теперь первородный посылает к чертям свою сдержанность, не замечая, как его белоснежные манжеты и воротник рубашки окрашиваются красным, и он Маргарита нависает над землей.
— Нет!
Раиса пытается вмешаться, чтобы спасти свою сестру, но она не способна контролировать себя. Невозможно. Невозможно контролировать. Ян вовремя сдерживает ее, и оборачивая к себе, пытается ее успокоить. Ян, и есть ее контроль. Только рядом с ним она способна контролировать себя.
— Раиса, я рядом. Контроль. Помни, что нужно контролировать себя.
Ян прижимает ее к себе, проводит рукой по ее лицу, и набухшие венки исчезают. Элайджа улыбается одними уголками губ и все присутствующие, сейчас могут подумать, что он отключил эмоции. Ведь как иначе объяснить то, что он так увлеченно считает капли, падающие с шеи девушки.
— Три тысячи тринадцать….
Он лишь хитро улыбается и даже задумывается о мести. Элайджа словно сумасшедший. Фрея закатывает глаза, Элайджа растягивает губы в улыбке.
— Брат, вспомни, что она тебе говорила.
Фрея должна его остановить. Должна остановить своего брата. Она вспоминает, все, что говорила Кетрин, пока она скрывала пулю. Кетрин смотрела на песочные часы, и простила Фрею не оставлять Элайджу до ее возвращения, и следовать четкому плану. Плану, тому, что она вместе с Ребеккой сестры, которые обезумели от горя утраты и ищут любой способ, чтобы вернуть его. Когда Клаус вернется ,то Новый Орлеан будет безопасным местом, ведь Элайджа убедит всех, в том, что Майклсоны желают мира.
В среднем в литре воды находится около двадцати тысяч капель, но кровь гуще и её от четырех до пяти литров в человеке. Единственное, что расстраивает Элайджу, так это то, что Маргарита умрет от кровопотери, её сердце останавливается и перестает качать остатки жидкости, отчего та начинает сворачиваться и застывать прямо в венах. Маргарита вновь умрет, и Раиса не может этого допустить.
Ставки сделаны, и Раиса отбрасывает сначала от себя Яна, а затем Элайджу от сестры. Она тяжело дышит, стараясь не смотреть на окровавленные руки сестры, и прокусив свое запястье, подносит его к губам сестры. Контроль, не то, что дано от природы. Контроль приобретается со временем путем борьбы. Раиса желает бороться за возможность не потерять сестру. Она не потеряет Маргариту вновь. Она сумеет контролировать себя.
— Маргарита, я больше никогда тебя не потеряю.
Она смотрит на сестру из-под длинных ресниц, ждет инициативы, шепчет о том, как ей жаль, потому что она так хотела чего-то необычного в этот раз. Элайджа ослабляет узел галстука, и понимает, что Фрея не подпускает его заклинанием барьера.
— Брат, послушай меня. Все хорошо. Кетрин вернется.
В теле человека может быть ровно шестьдесят одна тысяча и триста семь капель крови? Элайджа Майклсон знает это, и знает, что Кетрин вернется, потому что он верит ей. Верит в то, что ее план надежный, и Кетрин сделает все возможное, чтобы план осуществился до конца. Шестьдесят одна тысяча и триста семь капель, но ни одна из этих капель сейчас не вернет ему Катерину. Ни одна капля. Ни одна.
Элайджа глубока дышит, возвращая себе контроль. Он возьмет правление городом на себя. Он будет верить в то, что Катерина вернется.
Шестьдесят одна тысяча и триста семь капель крови, и когда Маргарита обнимает сестру, Раиса понимает, что задумала Кетрин. Раиса только часть плана Кетрин. Она должна доказать всем, что именно она убила всех, доказать в то, что она мясник. Все поверят в эту легенду, и именно так, Клаус сможет питаться. Кетрин хотела именно этого, и теперь Раиса понимает это.
Шестьдесят одна тысяча и триста семь капель, и Клаус Майклсон когда не думал, что будет считать капли крови.
— Пять тысяч двести семьдесят три…
Шестьдесят одна тысяча и триста семь капель, именно столько привык употреблять Клаус убивая очередную жертву.
— Успокойся, прошу…
