Только одно в его одежде было не повреждено. На нем был металлический нагрудник, весь в рубцах, желтый под облепившей его грязью, с одним черным диагональным знаком отличия.
– Клянусь Семью! – вскрикнула Лорд Шетра. – Это вохафт!
Она схватила человека за плечи, но потом отпрянула, как если бы обожглась о него. – Меленкурион! Вохафт, – вскрикнула она, – что с тобой сделали? Твоя плоть как лед!
Человек не подал никакого признака, что слышит ее. Он стоял там, где его поставили Доар и Прен, и голова его свисала на плечо.
Дыхание его было поверхностным. Он даже не шевелился, за исключением того, что глаза его изредка мигали.
Но Шетра не стала дожидаться ответа. – Гирим, – сказала она – этот человек замерз! – Она схватила свое одеяло, набросила его на него.
Лорд Гирим бросил свой факел в костер. Затем вскипятил глиняный котелок с водой, пока та не стала чистой, в то время как Шетра усадила человека у огня. Она схватила его голову, чтобы силой влить в его рот вино.
От холода его тела у нее на пальцах образовались волдыри.
Она и Гирим обвязали свои руки полотенцами, после чего положили человека у костра и освободили его от лохмотьев одежды. Затем вымыли его горячей водой. Когда он был чист, Лорд Шетра достала глиняный кувшин с лечебной грязью и помазала ею самые страшно выглядящие его раны.
Сквозь дождь пробился рассвет. В его свете Стражи Крови увидели результаты действия Лордов. Кожа человека стала выглядеть как на трупе. Лечебная грязь была бессильна на его ранах. Холод, заключенный в его теле, по-прежнему оставался.
Но он все же дышал и моргал. Когда Лорды накрыли его и подняли в сидячее положение, он зажмурился, и вода начала вытекать из него, как слезы. Она стекала у него по щекам и образовывала льдинки на бороде.
– Клянусь Семью! – простонала Лорд Шетра. – Он мертв, и все-таки он жив. Что же с ним сделали?
Лорд Гирим не ответил.
Через некоторое время Корик сообщил Стражам Крови:
– Это Хоэркин, вохафт Боевой Стражи. Он командовал первым Дозором десятого Боевого Дозора. Высокий Лорд послала его отряд попытаться пробиться в Прибрежье к великанам.
– Да, – пробормотал Гирим. – Я помню. Когда его Дозор не вернулся, Высокий Лорд послала Каллендрилла и Аматин сделать попытку пересечь Сарангрейвскую Зыбь. Двадцать один воин – вохафт Хоэркин и его Дозор и все потерялись, а Каллендрилл и Аматин не нашли никаких следов. Лорд Шетра обратилась к человеку. – Хоэркин! Вохафт Хоэркин! Ты меня слышишь? Я – Шетра, супруга Вереминта, Лорд Совета Ревлстона. Я заклинаю тебя – говори.
Сначала Хоэркин не отреагировал. Затем челюсть его зашевелилась, и изо рта послышался тихий звук.
– Я ахамкара, Дверь. Я послан…
Голос его вплетался в поток его слез.
– Послан? Дверь? – воскликнула Шетра. – Хоэркин, говори же!
Вохафт, казалось, не слышал. Он сидел молча, и слезы образовывали гроздья льдинок на его бороде.
Тогда Лорд Гирим скомандовал:
– Ахамкара, отвечай!
Хоэркин сделал глотательное движение и заговорил.
– Я ахамкара, Дверь. Я послан нести свидетельство того…
Он запнулся, но через мгновение продолжил.
– Я послан нести свидетельство падения великанов. За всех Стражей Крови Корик сказал:
– Ты лжешь! – А Лорд Шетра подскочила к Хоэркину. Не обращая внимания на боль, она сжала руками его лицо и закричала: «Презирающий!»
Он издал крик и вырвался из ее рук. Уткнувшись лицом в бревна плота, он зарыдал как ребенок.
В ужасе Шетра отступила назад. Она ждала, стоя рядом с Лордом Гиримом. Прошло много времени, прежде чем Хоэркин зашевелился. Он снова сел в прежнее положение. Слезы все еще стекали ему на бороду.
– …падения великанов. Их было трое, братьев по рождению. Знамение конца. Теперь они служат Губителю Душ, Сердцу Сатаны.
Он снова остановился.
Спустя мгновение Корик сказал:
– Этого не может быть. Это невозможно. Великаны Прибрежья – это горбратья Страны.
Хоэркин не отвечал. Уставившись взглядом в бревна плота, он сидел подобно трупу. Но вскоре он заговорил снова.
– …служат Презирающему. Одного из них зовут Душераздиратель, другого – Кулак Сатаны, а третьего пока не величают.
Он еще раз сделал глотательное движение.
– Они трое – Опустошители.
Некоторое время вся миссия сохраняла молчание. Лорд Гирим и Лорд Шетра пытались принудить Хоэркина сказать еще что-то. Но он оставался за пределами их воздействия и молчал.
Наконец Лорд Шетра сказала Гириму:
– Как тебе его слова? Какой во всем этом ты видишь смысл?
– Я слышу правду, – сказал Лорд Гирим. – Знамение конца.
Корик сказал:
– Нет. Во имя Клятвы, это невозможно.
Лорд Гирим быстро ответил:
– В этих краях ваша Клятва бессильна.
Его укор был справедлив. Стражи Крови не остались безразличны к его словам. Корик больше ничего не сказал. Но Лорд Шетра проговорила:
– Я согласна с Кориком. Это выше моих возможностей поверить – думать, что Опустошитель может подчинить великана. Если сил а Презирающего так велика, то почему он не поработил великаном в прошлом?
Лорд Гирим ответил ей:
