Господин Златогривый усмехнулся и положил лапу на плечо Тейо, успокаивая его. «Я уверен, что Никол Болас больше нам не помеха. Но мы не можем рассчитывать, что Болас был последней угрозой, с которой столкнулась Мультивселенная. И если мы действительно хотим почтить память нашего друга Гидеона, мы должны пообещать, что в следующий раз, там, где возникнет угроза, Стражи выполнят свой долг».
Госпожа Налаар окинула взглядом разрушенное Посольство Договора Гильдий и сказала: «Мы потеряли наш клуб».
«Нам не нужен клуб. Мы должны дать новые клятвы».
«Аджани, мы давали их только сегодня», — устало и, возможно, немного рассержено вздохнул господин Белерен. «Ты считаешь, что одного раза в день достаточно?» —
нахмурился господин Златогривый. Его лапа невольно сжала плечо Тейо. Он не выпускал когтей, но Тейо поморщился от боли.
Госпожа Кайя заметила это и осторожно сняла его лапу, позволяя Тейо вздохнуть с облегчением.
Не в силах удержаться, я хихикнула. Мы с Тейо улыбнулись друг другу.
Госпожа Кайя сказала: «Возможно…возможно,
Госпожа Налаар с надеждой посмотрела на нее: «Правда?»
Мастер Зарек взглянул на нее с сомнением и повторил: «Правда?»
«Я не идеальна…»— начала Кайя.
«Поверь, мы все такие», — с сожалением вставил господин Белерен.
Королева Враска наигранно фыркнула.
Но госпожа Кайя не обратила на них внимания. «Я была воровкой и убийцей. У меня был собственный моральный кодекс, и его первое правило гласило: "Спасай свою собственную шкуру". Я умею идти по жизни призраком — так, чтобы ничто не могло затронуть меня. Это суть моей силы, но каким-то образом она стала и моей эмоциональной сутью. Но мое пребывание в Равнике — в роли воровки, убийцы, невольного мастера гильдии и, возможно, еще более невольного воина — оставило на мне свой отпечаток. Сражаться рука об руку с вами было честью. Это самое страшное, и в то же время самое
«Нам это по душе», — сказала госпожа Налаар.
«Да, девочка», — пророкотал господин Златогривый, расплываясь в своей леонинской улыбке.
Госпожа Ревейн, господин Тефери и господин Белерен тоже улыбнулись и кивнули в знак согласия.
Госпожа Кайя глубоко вздохнула и подняла правую руку. Вероятно, символизируя свое предложение, она придала руке призрачную форму, так что та стала прозрачной и будто наполненной мягким фиолетовым светом. Она заговорила: «Я пересекла всю Мультивселенную, помогая мертвым… кхм…покидать этот мир ради живых. Но то, чему я стала свидетельницей здесь, в Равнике, в последние несколько месяцев — в последние несколько часов — изменило все, что я знала. Никогда больше. Во имя живых и мертвых
Oath of Kaya | Art by: Wesley Burt
Я чувствовала, как Тейо задается вопросом — должен ли он принести клятву, если кто-нибудь сочтет его достойным. Я хотела сказать, что это
Но тут нас прервал мастер Нив-Миззет, который довольно эффектно приземлился и улыбнулся. «Ты теперь безработный, Белерен. Огненный Разум — новый Живой Договор Гильдий. Как и должно было быть всегда».
Господин Белерен усмехнулся: «И все же мне почему-то совсем не жаль расставаться с этой должностью».
Не обращая внимания на дракона, госпожа Ревейн склонила голову над одной из множества трещин в мостовой площади. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Между разбитыми в битве булыжниками пробился росток, быстро превратившийся в растение с большими зелеными листьями.
Она кивнула госпоже Налаар, которая будто инстинктивно поняла, чего от нее хочет эльфийка. Пиромантка осторожно сорвала с веток три самых больших листа.
Потом мы наблюдали, как две женщины и госпожа Аурелия с любовью,
Аурелия передала нагрудник госпоже Налаар, которая — в сопровождении господина Белерена и госпожи Ревейн — возглавила торжественную процессию, направившись к праздновавшей (и скорбящей) толпе. Госпожа Аурелия в одиночестве смотрела, как они уходят, но не последовала за ними, в отличие от остальных мироходцев.
Мастер Зарек тронул за плечо госпожу Кайю и жестом попросил задержаться. То же самое проделал господин Врона с королевой Враской, которая кивнула и крикнула господину Белерену, что догонит его.
