– Кормили, но она только-только решила оправиться от шока после битвы и все такое. К тому же, – я почесал ухо, – она в первый раз сама попросила.
Он хитро улыбнулся.
– Ты только приглядывай за ней, Тодд. Лошади, они твари такие, своего не упустят. Начнешь ее кормить всякий раз, как попросит, – будет просить все время.
– Да, но…
– Покажи ей, кто тут начальник. Скажи, что она свое сегодня уже получила и утром получит еще, как ей и положено.
Он все так же улыбался, и Шум был вполне дружелюбный, но меня это уже начало доставать.
– Скажи мне, где фураж, и я сам возьму.
– Тодд… – нахмурившись, начал он.
– Ей
– Я тоже, – он задрал рубашку: поперек всего живота тянулся ожог. – И я сегодня ел только один раз.
Я понимал што он говорит и видел какое расположение стоит за словами но у меня в Шуме так и звенело МАЛЬЧИК-ЖЕРЕБЕНОК? и я помнил как она завизжала когда в нее попали и воцарившееся после этого молчание тоже и те несколько слов всего несколько которые я умудрился из нее после этого вытянуть но это ни в какое сравнение не шло с тем какой она была и если Ангаррад хочет есть то черт меня побери если я не принесу ей еды и эта докучливая свиная ссанина
– Я сейчас все тебе принесу, – сказал Джеймс…
Он смотрел на меня…
и больше не моргал…
И што-то тянулось от меня к нему, какая-то извилистая, закрученная, невидимая нить…
…от меня к нему…
Из моего Шума – в его…
И жужжащий гул еще, совсем легкий…
– Я пойду и сейчас все принесу, – сказал Джеймс. – Принесу все, что надо.
И, развернувшись, он зашагал обратно на провиантский склад.
Гул все еще пульсировал у меня в Шуме, толкался, его было до ужаса трудно изловить, словно он – тень, ускользающая в тот самый миг, как я поворачиваюсь посмотреть…
Но даже и это неважно…
Я хотел, штобы он это сделал. Я
И так стало…
Я контролировал его. Совсем как мэр.
Джеймс шел к складу спокойно, вразвалочку, словно сам туда собирался и вот – пошел.
А у меня тряслись руки.
Вот ведь дьявол.
– Ты здесь больше всего знаешь о перемирии, – заявила я. – Ты тогда стояла во главе Нового Прентисстауна и никак не могла…
– Я стояла во главе
– А вот тебе! – завопила у меня под боком Джейнс, плюхая небольшой паек овощей и сушеного мяса в то, что ей там подставил очередной едок.
Очередь тянулась через всю поляну – ни единого пустого места не оставив, вот просто яблоку некуда упасть. Прямо новый город у нас тут образовался – перепуганный и голодный до последнего жителя.
– Но ты говорила, тебе все известно о перемирии, – возразила я.
– Конечно, известно, – кивнула она. – Я сама участвовала в переговорах.
– Значит, ты можешь сделать это
– Не многовато вы там треплетесь? – наклонилась к нам Джейн. – А еды раздаете не маловато? Ась?
– Извини, – сказала я.
– Мистрис с ума сходют, пока вы тут болтаете, – бросила Джейн и повернулась к следующей в очереди: это была мать, державшая за руку маленькую дочку. – У меня от вас одни неприятности.
Мистрис Койл вздохнула и понизила голос.
– Мы начали с того, что крепко накостыляли спаклам, и им
– Но…
– Виола, – она уставилась на меня в упор. – Помнишь, как все вокруг испугались, едва прослышали, что спаклы напали?
– Ну… да, но…
– Это потому что в прошлый раз нас
– Значит, у нас еще больше причин не дать этому случиться снова, – сказала я. – Мы показали спаклам, какая сила у нас в руках…
– Против которой их собственная сила – удержать реку и уничтожить город одним махом, – перебила она. – После чего все оставшиеся в живых превратятся в легкую добычу. Это тупик, моя девочка.
– Но не можем же мы просто сидеть тут и ждать следующего боя. Так спаклы получат
– Сейчас не это происходит, моя девочка.
Было что-то такое… забавное у нее в голосе.
– Как это надо понимать?
Сбоку раздался тихий стон. Джейн в отчаянии бросила выдавать пайки.
– У вас будут
– Ну, прости, Джейн. Уверена, это ничего, ведь я разговариваю с мистрис Койл.
– Дак она обычно
– Это так, Виола, – подтвердила мистрис Койл. – Я больше всех и схожу.
Я поджала губы.
– Так что ты имела в виду? – едва слышно – ради Джейн – проговорила я. – Что такое происходит с мэром?
– Подожди. Подожди и увидишь.
– Подождать, пока люди умирают?
