Война хаоса полностью

– Тогда пусть поможет нам разузнать, – напряженным голосом произносит госпожа Койл.

Я не сразу соображаю, куда она клонит.

– А, теперь понимаю!

– Что?

– Вам нужен шпион. – Чем больше я злюсь, тем решительней звучит мой голос. – Опять вы за свое! Старая добрая госпожа Койл не упустит не единой возможности, чтобы прибрать к рукам всю власть.

– Нет, дитя. Мы обнаружили вещество…

– Вы что-то задумали, – перебиваю ее я. – Все это время вы игнорировали мои вопросы о первом мирном договоре, а теперь хотите использовать Тодда, как однажды уже…

– Это смертельно, дитя, – говорит госпожа Койл. – Инфекция смертельна.

– Со временем стыд проходит, – говорит мэр.

Опять он неизвестно откуда взялся за моей спиной, пока я смотрел вслед Джеймсу: тот ушел за водой для Ангаррад.

– Это твоих рук дело, – выдавливаю я, все еще дрожа. – Ты засунул эту дрянь мне в голову и заставил меня…

– Ничего подобного. Я только показал тебе путь. А ступить на него ты решил сам.

Я молчу. Потому что он прав.

(но этот гул, который я все время слышу…)

(и делаю вид, бутто его нет…)

– Я тобой не управляю, Тодд, – говорит мэр. – Мы ведь заключили соглашение, и я выполняю его условия. А случилось вот что: ты просто нашел в себе ту силу, о которой я без конца твердил. Главное, желание. Ты захотел, чтобы это случилось. И это случилось. Вот и весь секрет.

– Неправда! – возражаю я. – Все хотят, но никто больше не разгуливает по городу, управляя каждым встречным!

– Только потому, что большинством управляю я. – Мэр оглядывается на площадь, забитую палатками и тесными кучками людей. – Люди говорят, что хотят свободы, но самом деле им нужна свобода от тревог. Если я избавлю их от проблем, они станут охотно выполнять мои приказы.

– Кто-то – может быть, – говорю я. – Но не все.

– Конечно, – согласился мэр. – Ты не станешь. Парадокс состоит в том, что именно поэтому ты будешь лучше управлять другими. Люди в мире делятся на две категории, Тодд. Они, – он показывает на армию, – и мы.

– Вот только не надо причислять меня к «вам».

Мэр ухмыляется:

– Уверен? Посуди сам, спэклов объединяет их голос. Он делает их единым целым. Почему же с людьми должно быть иначе? Нас с тобой, Тодд, объединяет умение пользоваться этим голосом.

– Я не стану таким, как ты. Никогда, понял?

– Нет. – Глаза мэра блестят. – Ты будешь лучше.

И вдруг на другом конце площади вспыхивает свет…

Таких ярких лампочек у нас быть не может…

Вспышка возникает на самом краю площади – максимально близко к армии…

– Цистерна с водой! – уже на бегу кричит мэр.

– Смертельна? – переспрашиваю я.

– Пока умерли четыре женщины, – кивает госпожа Койл. – Еще семь не протянут до конца недели. Мы скрываем это, чтобы не вызвать в лагере панику.

– Но это только десять женщин из тысячи! – восклицаю я. – Возможно, они болели еще чем-нибудь…

– Ты готова поверить в это ценой собственной жизни? Ценой жизни всех заклейменных женщин? Даже ампутация руки их не спасла, Виола! По-твоему, это обычная инфекция?

– Если вы спрашиваете, действительно ли я верю, что вы готовы на любую ложь ради достижения своих целей, то ответ вам прекрасно известен.

Госпожа Койл медленно втягивает воздух, словно пытается успокоиться.

– Я – лучшая целительница Нового света, дитя, – наконец выговаривает она. – Но даже мне не удалось вылечить тех женщин. – Она переводит взгляд на мой обруч. – Быть может, и всех остальных я вылечить не смогу.

Я осторожно обхватываю ладонью больную руку и чувствую пульсацию боли.

– Виола, – тихо произносит Симона, – те женщины в самом деле очень больны.

Нет, думаю я. Нет, это же…

– Ты не понимаешь! – Я качаю головой. – Она всегда так делает. Из маленькой правды раздувает огромную ложь, чтобы вынудить всех плясать под свою дудку!

– Виола… – пытается вставить слово госпожа Койл.

– Нет! – еще громче говорю я, соображая, что делать дальше. – Сейчас я не могу рисковать. Если это и ложь, то очень хитрая, ведь в случае моей ошибки мы все умрем, так? Я поговорю с Тоддом.

– Спасибо! – с жаром отвечает госпожа Койл.

– Но я не стану просить его шпионить за мэром. И у меня есть одно условие, вы кое-что должны сделать.

Госпожа Койл внимательно вглядывается мне в лицо: она пытается понять, всерьез я это говорю или нет.

– Что? – наконец спрашивает она.

– Вы перестанете тянуть время и во всех подробностях расскажете мне о том, как удалось заключить мир со спэклами. А потом поможете повторить этот процесс. Никаких «в другой раз» или «когда придет время». Начинаем завтра.

Я вижу, как госпожа Койл лихорадочно соображает: нельзя ли и тут сыграть себе на руку?

– Вот что…

– Никаких сделок. Вы выполните все мои условия или ничего не получите.

На сей раз госпожа Койл почти не медлит:

– Договорились.

Внезапно с корабля раздается громкий крик. Брэдли уже сбегает вниз по трапу, его Шум оглушительно ревет.

– В городе что-то стряслось!

Мы бросаемся к цистерне с водой; солдаты расступаются, освобождая нам путь. Даже те, что стояли спиной…

И я слышу, как мэр копошится у них в головах, приказывая уйти с дороги…

Наконец мы подбегаем к месту…

Цистерна уже кренится…