- Ах, Послушайте, я знаю, что вы не сделали ничего плохого, но мы оба понимаем, как они могут произвести плохое впечатление. Но не волнуйтесь. Мы старые друзья и, что еще более важно, мы едины во мнениях по вопросам, которые имеют значение. Просто предоставь это мне, ладно? К концу ночи у меня будут ответы на все твои вопросы.”
- Спасибо, Шарль. Я никогда этого не забуду.”
•••
Шарль дю През договорился с несколькими своими людьми, чтобы они взяли дополнительную сверхурочную работу для работы в качестве диспетчера, парковщика и швейцара на мероприятии. Один из них, сержант по имени Доуи Виссер, стоял у двери в банкетный зал. У него было пятнадцать лет службы и, что более важно, сильная поддержка националистической и даже политики ОБ.
По его раскрасневшемуся лицу и сосредоточенности, с которой он вытянулся в струнку при приближении старшего офицера, было ясно, что Виссер выпил немало спиртного, которое могло предложить это событие. Но он был крупным, сильным, опытным человеком. Дю През был уверен, что справится с выпивкой как мужчина.
- Эй, Виссер, иди сюда, - приказал он.
“Уже иду, Баас, - ответил Дауи Виссер.
“Вы не видели, чтобы за последние несколько минут отсюда выходила молодая леди: высокая, стройная, черноволосая, голубоглазая, в черном платье? . . показываю много сверху, если вы понимаете, что я имею в виду.”
Виссер усмехнулся. “О, да, я ее прекрасно видел. Немного худенькая для меня, но она настоящая маленькая шлюшка . . . от нее исходил такой запах.”
“Ну, мне нужно, чтобы ты подошел достаточно близко, чтобы снова почувствовать ее запах. Твой приятель Пит Момберг все еще дежурит на парковке?”
“Ja, так и должно быть.”
- Тогда он узнает машину, в которой она уехала. Возьмите его и идите за ним . . . Эта женщина сказала, что ее зовут Фордайс и она живет в Сандауне, так что она будет на Йобург-роуд. Дю През посмотрел Виссеру прямо в глаза. - Понял? Не слишком пьян, чтобы делать свою работу?”
“Только не я, Баас . . . Никогда.”
- Тогда поймай эту женщину. Я знаю, что она ничего хорошего не замышляла. Вы просто выясните, что это была за игра, и доложите мне-прямо мне.”
“Это неофициально?”
“Строго.”
“Вы не будете возражать, если мы вооружимся . . . в качестве самозащиты?”
- Чего бы это ни стоило, Виссер. Просто сделай это.”
•••
Было уже за полночь, и Йоханнесбургская дорога была пустынна, когда Шафран увидела огни в зеркале заднего вида. Она не придала этому значения, но затем огни стали приближаться, и ей пришлось отвернуться от зеркала заднего вида, чтобы избавиться от яркого света.
Она ускорила шаг, надеясь скрыться от ослепительного света, но машина позади нее не отставала. Это был не очередной ночной водитель. Кто-то шел за ней по пятам.
Шафран снова прибавила скорость. Шаса одолжил ей "Форд Префект" из коллекции автомобилей, изъятых во время уголовных расследований и используемых для работы под прикрытием. Это был крепкий, удобный автомобиль, вполне подходящий для богатой домохозяйки. Но это была не гоночная машина, и как бы сильно она ни вдавливала педаль газа в пол, она не могла двигаться быстрее шестидесяти миль в час.
Машина позади нее подошла ближе, затем выехала на другую полосу, пока не выровнялась. Он оставался рядом с Шафран, подстраиваясь под ее темп, ускорялась она или замедлялась. На пассажирской двери было написано слово "полиция", и человек в форме смотрел в окно, изучая ее, в то время как другой полицейский рядом с ним управлял рулем.
В его взгляде было что-то враждебное. Он пытался запугать ее, и на секунду ему это удалось. Шафран почувствовала укол страха. Она приказала себе взбодриться. Возьми себя в руки, девочка. Вы видели гораздо худшее, чем это.
Затем полицейская машина исчезла, и когда она посмотрела в зеркало, огни снова были позади нее. Страх сменился облегчением. Тебе было весело, да? Надоело пялиться на одинокую женщину?
Фары позади нее снова приблизились, и к ним присоединились синие огни, вспыхивающие на крыше полицейской машины. Раздался короткий вой сирены, фары несколько раз мигнули.
У Шафран не было выбора. Она притормозила и съехала на обочину.
Полицейская машина остановилась позади Шафран. Оба офицера вышли и направились к ней. Она посмотрела в зеркало заднего вида. Это были крупные мужчины, видимые только в виде массивных силуэтов, освещенных сзади лучами фар. Но этого было достаточно, чтобы понять, что они оба вооружены: один с пистолетом, другой с двустволкой поперек туловища.
Южноафриканская полиция не носила огнестрельного оружия при исполнении своих обычных обязанностей. Кто бы ни послал этих двоих, он действовал неофициально.
Шафран отвернулась от зеркала, не желая терять то, что осталось от ночного видения. Она услышала шаги полицейских-один на асфальте справа от нее, другой на каменистой земле у пассажирского сиденья.
Мужчина с той стороны обошел машину спереди и остановился примерно в десяти ярдах от ее капота. В руках у него был дробовик. Он поднял его к плечу и направил на нее. Он ничего не сказал. Угроза была очевидна: попробуй уехать, и я снесу тебе башку.
