К возвращению хозяев Криллах приготовил легкие закуски. К неудовольствию Кельвиреи, Архахаар и Валесия начали обсуждать денежные дела прямо за столом, поэтому Кельвирея быстро доела и ушла в свою комнату. Она полежала на кровати, уставившись в потолок и обдумывая произошедшее, затем решительно встала, расстелила на столе карту Граи и взяла перо. Первым делом девушка разыскала и отметила на карте место, где располагалось село Большое устье, затем провела линию, символизирующую границу между прибрежными морями и открытым океаном, принадлежащим драконам. В круг интересов крылатого народа не попадали десятки архипелагов и сотни небольших точек, обозначавших отдельные острова. Масштаб карты не позволял разглядеть небольшие острова, пригодные для жизни десятка-другого человек, вроде того острова, на котором отдыхали члены совета и этих островов было просто неисчислимое множество. Кельвирея знала, что воды драконов неприкосновенны и что крылатые уничтожают любое судно, осмелившееся пересечь границу. Некоторые острова и архипелаги, безусловно, были населены, но, по какой-то неизвестной ей причине, островитяне не желали вступать в контакт с жителями континента, предпочитая оставаться дикарями, не знавшими ни железа, ни всеобщего языка. Часть островов на севере, рядом с Прибрежными горами, можно было отбросить, они не подходили не то что для жизни, а даже для кратковременного пребывания, слишком неспокойными и холодными были омывающие их воды. Не подходили для жизни и острова, лишенные пресной воды, но карта не давала таких сведений. Девушка погрузилась в глубокие раздумья, не обращая внимания на упавшую с пера каплю чернил. Пятно растеклось по бумаге, окрасив часть зеленой области, обозначавшей густые леса Мерейна. Выругавшись, Кельвирея встала и вышла.
Архахаар и Валесия о чем-то спорили в кабинете. Кельвирея побродила по двору, стараясь поймать ускользавшую мысль, погладила маллорн, затем, смирившись с бесполезностью усилий, решительным шагом прошла в дом, сбросила с себя одежду и нырнула в бассейн. Проплыв несколько раз от одного берега до другого, она перевернулась на спину и неподвижно лежала в воде, изредка шевеля раскинутыми в стороны руками и ногами. А потом пришло осознание. Ускользавшая от нее во время прогулки по двору мысль вспыхнула в голове, подобно молнии, пронзившей черные тучи. Не вытираясь, Кельвирея пробежала в свою комнату, схватила карту и ворвалась в кабинет, торжествующе потрясая смятым листом бумаги и роняя капли на пол. Спорившие полукровки резко замолчали.
– Прямо здесь и сейчас, при Валесии? Или она тоже в теме? – недоуменно спросил Архахаар, хлопая глазами.
– Я думаю, моя подруга окончательно стыд потеряла, раньше как продажная девка одевалась, когда к эльфам на праздник, теперь, по-видимому, это для нее слишком скромно – съязвила Валесия.
– К гыру твои фантазии Ар, к гыру твои нормы приличия, Вал. Пока вы тут деньги считали, я немного поразмыслила насчет Алкмира.
– Внимательно – изменился в лице ее супруг.
– Может, для начала вытрешься и оденешься? – предложила Валесия.
– Потом. Я все размышляла, где могут прятаться отступники. Вот, смотрите, мы были здесь – палец Кельвиреи указал на отметку, обозначавшую алкмирское село, – это граница, за ней океан драконов. Они никогда не нападают на корабли, находящиеся в прибрежных морях, но горе тому, кто окажется по ту сторону. Я уверена, что культисты не могут прятаться в океане. Далее, я отметила непригодные для жизни острова рядом с нашим домом, там их точно нет.
– Все никак не могу привыкнуть, что вы живете там, где нельзя даже выжить – пробормотала Валесия.
– Потом, Вал. Я уверена, что на острове или островах, где прячутся недобитые имперцы есть пресная вода. Было бы проще, если бы на карте были отметки, но, увы. Мало того, на карте отмечены только крупные острова. Мелочь, вроде нашего, слишком мелкая.
– Ты хочешь сказать, что укромных мест предостаточно? – уточнил Архахаар.
– Да. Мало того, не имея образа места можно открыть портал только приблизительно, вычислив по карте смещение относительно известного ориентира, а карта может быть неточной.
– Вот уж не думала, что моя выгоревшая сестра просиживает свой зад в библиотеке Академии. Смотри, Кель, мужики не любят плоскозадых!