– Не перебивай. Как я тебе уже говорила, я иногда пользуюсь своим статусом, чтобы нарушать те или иные правила. Согласись, никто не будет упрекать жену ректора в том, что она без плаща разгуливает. Ну, так вот, по традиции, тебя должна обучать только я, но придется ее нарушить. Водную магию ты будешь изучать с другими наставниками, без других студиозусов и в моем присутствии, я договорилась, некоторые занятия у тебя будут с другими студиозусами. Если будет что-то еще, что я не захочу делать, то будешь заниматься с другими. Колотить тебя буду собственноручно, либо попрошу кого-нибудь из сестер.
– Сестер?
– Арея Врачевательница – моя сводная сестра, Кельвирея – названная. Рот захлопни, муха залетит.
– Госпожа наставница, архимагесса Арея училась в Академии, а про архимагессу Кельвирею я вообще ничего не знаю, ни прозвища, ни того, где она обучалась. В книге есть два имени, ее и Архахаара, но там только имена.
– Арея проходила испытания в круге, Кельвирея и Архахаар обходятся без прозвищ, этого тебе достаточно.
– Архимагесса Кельвирея не ведет занятия.
– К твоему сожалению, для тебя сделано исключение.
– Я не буду сожалеть. Студиозус не перечит наставнику.
– Ты какая-то скучная, Нирла, было бы веселее, если бы ты испугалась и начала умолять пощадить тебя.
– Наоборот, я рада, что меня будут учить архимаги. Это большая честь.
– Тебя будут бить архимаги – поправила ее Валесия – последний боевик-воздушник, вышедший против безоружной Кель, потом целый день в койке провалялся. Ребра, руки, хребет… вроде еще что-то… ладно, что-то я отвлеклась. Давай вернемся к твоему обучению. Четкого расписания не будет, могу и среди ночи поднять. С другой стороны, свободного времени у тебя будет больше, чем у остальных. Как ты будешь его проводить, мне не важно. Хочешь, спи, хочешь, готовься, хочешь, еще чем-нибудь занимайся. Правило одно – если тебя зовут, все бросаешь и прибегаешь.
– Я поняла вас, наставница.
– Еще одно, один мой очень мудрый знакомый научил меня, что голова человеку нужна, чтобы думать и размышлять. Если тебе что-то не понятно, вначале поразмысли над этим, потом спроси у наставника, верно ли твое суждение, а только потом делай. И, сколько тебе лет?
– Мне четырнадцать, на следующий год я стану взрослой.
– Сложный возраст, Нирла, твое тело меняется, растет грудь, округляются бедра, снятся приятные сны, заглядываешься на других, иногда до ломоты охота запустить руки под платье.
– Да – потупилась зардевшаяся Нирла.
– Если захочешь поговорить, посоветоваться, приходи.
– Господин придворный маг ожидает посланца из Академии, приема сегодня не будет – донесся из-за двери голос гвардейца.
– Ну, я пришла – голос говорившей был смутно знаком.
– Иди отсюда, пока в подземелье не оказалась.
Последовал шорох, затем дверь распахнулась и по камню пола зацокали каблуки.
– Не стоило оглушать гвардейца, наставница Валесия – произнес Кихтанд Чужак, поднимая голову и откладывая перо.
– Полежит, отдохнет, может манер наберется – отмахнулась архимагесса.
– Если бы ты надела плащ…
– В последнее время правила как-то не очень вписываются в мою жизнь. Все готово?
– Да, прошу, присаживайся – произнес Кихтанд, придвигая стул.
– Прошу прощения, господин придворный маг, – поклонился вбежавший гвардеец, – она застала меня врасплох.
– Ступай. Я удивлена, что она просто не размазала твои внутренности по стенам, – прозвенел голос вошедшей эльфийки, – рада видеть, наставница Валесия.
– Андариэль, – кивнула Валесия – прекрасно выглядишь.
– Большинство моих посетителей с тобой не согласится.
– Не все способны видеть красоту, когда поджилки трясутся. Сможешь уделить мне немного своего времени?
– За этим и пришла, – улыбнулась эльфийка, поправляя короткую черную юбку до середины бедер и смахивая невидимую пылинку с черного мундира, украшенного серебряным шитьем, – порой мой супруг такой забывчивый.
Валесия погрузилась в чтение записей Кихтанда. Иногда она морщилась, брала в руку перо и делала одной лишь ей понятные пометки на полях, иногда просто кивала головой. Доклад описывал все стороны жизни Анвалии, были сведения о рождаемости, смертности, преступности, армии, присутствовали сведения о состоянии государственной казны и о внешней политике. Прочитав доклад до конца, Валесия немного посидела, закрыв глаза и обдумывая прочитанное, потом быстро перечитала те части доклада, где стояли ее пометки.
– Ситуация понятна, доклад я заберу с собой, пусть другие думают над некоторыми вопросами. В целом, все очень неплохо, за исключением денежного вопроса. Мне не нравится, что иногда казна практически пуста.
– Казначей говорит, что это в порядке вещей – откликнулся Кихтанд, – земледельцы платят налог после сбора урожая, в году всего одна осень.