Сбежал по лестнице, чуть не грабанулся, поскользнувшись, и вслед мне донеслось:
— И это тоже исправим!
Я не обернулся. Как легко люди верят в блеф. Я тут же вспомнил вчерашнее шоу, разъярился, выругался четырёхэтажно и поехал громить подчинённых.
— Весь проектный отдел ко мне! — рявкнул я секретарю, заходя в офис.
В приёмной жался на кресле Бобров, зелёный, как ящерица, которая от страху отбросила хвост. Он приподнялся.
— Иван Аркадьевич…
Я бросил секретарше пальто на стол и, злой, как чёрт, ворвался в свой кабинет. Регина появилась через секунду с кофе и папкой. Светлые волосы в пучок. Очки на взводе. Армейская выправка, боевая мини-юбка.
— Бобров давно сидит? — спросил я, усаживаясь в кресло. То спружинило и эргономично под меня подстроилось.
— Я пришла, уже был под дверью. Пустить или выгнать?
— Пусть сидит. Может, начнёт мемуары писать, хоть какой толк.
Регина кивнула.
— В папке документы на подпись, Иван Аркадьевич. Проектировщиков вызывать всех или главных?
— Всех. Закажи мне стейк, сухие носки и инвалидное кресло.
Регина моргнула, но сделала пометку в планшете и уточнила:
— Кресло на электроприводе?
— Нет, самое говнёвое. Чтоб через час было. Пока не будет, проектировщиков не впускать.
— Что-то ещё, Иван Аркадьевич?
— После проектировщиков договор с телеканалом и начальника юр. отдела.
— Хорошо.
— И продублируй мне файл об этой инстаграмщице, Рите Мостер, — распорядился я и отвернулся к монитору.
Искать самому было не с руки и некогда, у меня в почту за день насыпается под тысячу сообщений.
Меньше чем через час я отодвинул своё супер-удобное эргономичное кресло и переместился в холодный с улицы образчик механического ужаса. Какие дебилы проектировали эти кресла? Они сами пробовали передвигаться, крутя колёса руками?! Ткнул на кнопку и приказал Регине:
— Впускай проектировщиков.
Они зашли, толпясь испуганно, как стадо из семи разбуженных хомячков. Я выехал на инвалидном кресле из-за стола и наткнулся на их непонимающие взгляды.
Играя на нервах, я мрачно и демонстративно объехал их всех, не предлагая сесть. Пауза затянулась. Саспенс. Люблю такие моменты. Возможно, во мне умер Хичкок.
— Что случилось, Иван Аркадьевич? — не выдержала, наконец, Ольга Рылова, архитектор с кучей дипломов, наград и зачётной грудью. — Вы получили травму? Когда? Как? Это ужасно!
Другие ожили и тоже принялись показательно сочувствовать.
Я встал с кресла и подошёл к ним.
— Да нет, это прекрасно, — заявил я с холодной усмешкой. — Столько сочувствия. Слова поддержки. Я тронут. Плачу…
Проектировщики смотрели на меня, не понимая.
— Плачу потому, — перешёл я на угрожающий тон, что только что в наших современных handicapped people friendly1 конструкциях чуть не остался без головы. — Я толкнул к Ольге кресло: — Присаживайтесь.
Она, бледнея, села.
— Удобно? Нравится? — поинтересовался я.
Ольга робко пожала плечами.
Я отошёл подальше от этих хомячков, развернулся и сказал:
— Надеюсь, что удобно. Потому что те из вас, кто хочет работать дальше в моей компании, с сегодняшнего дня передвигаются по офису только в креслах. Пока я не передумаю.
— Где же их взять, Иван Аркадьевич? — проблеял Сушинский.
— Где угодно, — отрезал я. — За свой счёт. Я плачу вам достаточно, чтобы это не было для вас проблемой.
— Но Иван Аркадьевич… — встрял их главный, с красивой сединой и бородкой профессора Андрей Романыч Донцов, ещё один обладатель гран-при и прочей пафосной архитектурной лабуды, — это же повлияет на эффективность рабочего процесса! Вы вечно усложняете нам задачу!
— А на хрен мне ваш рабочий процесс, если сегодня я понял, что вы не душу в проекты вкладываете, а задницу?! — рыкнул я.
Повисла гробовая тишина.
— В супермаркетах «Пал Палыч» переделать все пандусы для инвалидов. Каждому, — я сделал паузу и надавил голосом: — Каждому из вас не только по офису на колёсах покататься, но и по всем нашим объектам проехать. И по объектам конкурентов. Снять видеоотчёт и предоставить мне. Также подробные отчёты о недоработках, план реконструкции и сметы на каждый объект! И чтобы больше я так за свою компанию не краснел! — прорычал я. — Свободны!
Стадо хомяков-лауреатов вышло и не подумало сопротивляться. Я с отвращением оттолкнул от себя инвалидное кресло и взгромоздился на своё, родное. Умное.
Люблю всё умное, но в процентном соотношении дебилы перевешивают.
— Иван Аркадьевич, — проговорила в коммутатор Регина, — Левин пришёл, начальник юр. отдела. Договор с телеканалом ему передала. Он его уже проверял, но просматривает повторно. И Бобров снова просится.
Я наморщился, как от запаха сероводорода.
— У тебя Инстаграм есть?
— Есть.
— Подпишись на Риту Мостер. Проанализируй аккаунт не как мой секретарь, а как женщина. Девушка.
— Что именно?
— Всё, что придёт в голову. Причины популярности, векторы, упоминания в СМИ. И на Ютуб канал тоже подпишись. Мне скинь ссылки.
— А Бобров…
— Пусть подумает над тезисом: можно ли считать обман обманом, если ни для кого не секрет, что это обман?
1Дружественных для людей с ограниченными возможностями
