Руслан что-то готовил. Так увлекся, что даже не заметил, как я вошла. Какое-то время просто наблюдала за ним, опершись плечом на дверной косяк. На муже красовался тот самый фартук, подаренный ему моим отцом. Не знаю, что на меня нашло, но от этой картины внутри все сжалось, а на глаза навернулись слезы. Глупость какая. Неужели растрогалась от вида Орлеанского на своей кухне? Это все Карина с Оксаной. Мозг мне запудрили своими розовыми мечтами, а теперь и я, похоже, заразилась. Не к добру это. Совсем не к добру.
Встряхнув головой, осекла себя и приказала выкинуть из головы неправильные мысли. А чтобы снова не поддаться глупому настроению, кашлянула, обнаруживая свое присутствие. Руслан повернулся ко мне и расплылся в шкодной улыбке. Точно он. У него на лице все написано.
- И как это понимать? - грозно спросила, скрестив руки на груди.
- Решил приготовить ужин для милой женушки. Паста с креветками подойдет? - невинно произнес муж и подмигнул, делая вид, что не понимает, о чем я.
- Ты прекрасно знаешь, что я имела в виду.
- Родная моя, я не телепат. Говори прямо, - откровенно веселился Орлеанский.
- А ты у нас еще и художник, оказывается, да? Думал, подловишь меня? Спешу тебя расстроить, ничего у тебя не вышло. Кстати, спасибо за идею, - беззлобно заявила, наблюдая за реакцией мужа, которой не было. Он продолжал тепло улыбаться и никак себя не выдавал.
- Не знаю, о какой идее ты говоришь, но не за что, мартышка. Для тебя ничего не жалко. Голодная?
- Слабительное, снотворное…яд? - спросила, стараясь не выдать своего желания согласиться. Запах стоял умопомрачительный.
- Ты меня недооцениваешь. Не люблю повторять за кем-то, да и совсем неинтересно быть предсказуемым. Конечно, если ты не хочешь, заставлять не буду. Лично я дико голоден, - блеснув жадным взглядом, муж выделил последние два слова, давая понять, что вкладывает в них более глубокий смысл.
Каждая клеточка тела наполнилась жаром. Дыхание сбилось. Реакция на провокацию Руслана мне совсем не понравилась. Слишком остро стала ощущать тягу к нему, и это пугало. Пугало так, что хотелось убежать от мужа как можно дальше. Я привыкла к своему образу жизни, меня все устраивало, а теперь мой мирок, что выстраивался столько лет, рушился, как карточный домик от легкого дуновения ветерка.
Я села за стол и опустила глаза. Не могла смотреть на Орлеанского. Боялась, что он все поймет. Раскусит меня и решит, что победил. Но это не так. Мы еще поборемся. Руслан усмехнулся и принялся раскладывать пасту по тарелкам. Я внимательно наблюдала за ним, следила, чтобы в еду ничего не подсыпал.
- Я даю тебе свое слово, что в еде ничего нет, - твердо заявил муж, усевшись напротив меня. - У меня есть более интересные методы воздействия на тебя.
- Это какие же?
- Увидишь, всему свое время, - загадочно улыбнулся Руслан и добавил. - Приятного аппетита.
Ужин прошел в тишине. Не знаю, о чем думал муж, а я судорожно просчитывала варианты его мести. Пыталась предугадать, что меня ждет, но на ум ничего не приходило. Ясно было одно - месть будет, и мало мне не покажется, судя по хитрой ухмылочке Орлеанского.
Он открыто рассматривал меня. Буквально пожирал потемневшими от желания глазами, заставляя вспыхивать словно спичку. Теперь я могла с уверенностью сказать, что знаю значение фразы «ласкать взглядом». Чувствовала, как кожа горит в тех местах, где останавливается жаркий взгляд супруга. От смятения даже вкуса еды не чувствовала. А как только доела, скомкано поблагодарила за вкусный ужин и сбежала в свою комнату, закрыв дверь на замок. Да, струсила. А признав это, разозлилась на саму себя за проявленную слабость.
Бессильно упав на кровать, зажмурилась и сделала несколько глубоких вдохов. Весь мой идеальный план сорвался, и теперь я не знала, как себя вести и какой путь выбрать. Еще и Руслан… От одной мысли, что умудрилась влюбиться в него, становилось жутко. Я все еще помнила ту боль, которую когда-то испытала. Предательство любимого человека способно надолго выбить из привычной жизни, окрасить окружающий мир в черно-белые краски, сделать его безликим и пустым, а твое существование бесполезным, бесцельным. Хотела ли я прочувствовать это снова? Нет, нет и еще раз нет. Не будет этого.
Решив, что буду бороться до последнего, переоделась в пижаму и легла спать. Утро вечера мудренее. А Орлеанский рано или поздно оставит меня в покое.
Уже со следующего утра началось веселье. Сначала Руслан поменял мой стакан с утренним молочным коктейлем на стакан с ненавистной пинаколадой, пока я собиралась на работу. Я в ответ пробралась в ванную, когда он был в душе, открыв замок ложкой, и стянула все полотенца, заменив их на несколько комплектов нижнего белья, связанных между собой, после чего убежала на работу, ехидно хихикая.
«Очень смешно, мартышка. Тебе хоть полегчало?» - пришло через какое-то время сообщение от мужа. А когда от меня не последовало ответа, телефон завибрировал снова. - « Удачного дня. Кино вечером?»
