Абрамов потянулся – широко зевнул – улыбнулся – через равные промежутки времени, и это рассмешило его. Он прикурил и открыл окно. В офис тотчас ворвался свежий морской дух, выгоняя из помещения стерильный кондиционированный воздух.
На утро капитан запланировал встречу с Камиллой Гарсией. Все же он до конца не верил в то, что Диана не принимала наркотики. Взять хотя бы упоминание Томми Вальдеса: «Диана и парень из дискотеки выкурили сигарету с марихуаной». Это прозвучало как само собой разумеющееся. Хотя некая сухость и констатация факта могли быть вызваны временем – со дня смерти Дианы прошли три года.
Абрамов полагал, что Диана не попала в наркотическую зависимость, но ушла из-под родительской опеки и баловалась травкой, может, пару раз пробовала более тяжелые наркотики.
Присев на широкий подоконник, Абрамов увидел на ночном, освещенном розоватым светом пляже Томми Вальдеса. В рубашке и брюках он медленно шел вдоль побережья, поддевал ногой голыши и ракушки. Капитан едва не выкрикнул: «Томми, уборка пляжа начнется в шесть утра, так что повремени немного». И все же окликнул гостя:
– Томми!
Испанец поднял голову и глазами отыскал в ярком проеме окна Абрамова.
Тот махнул Вальдесу рукой:
– Зайди ко мне, Томми, нам нужно поговорить. Предложив гостю место на кожаном диване, капитан перешел на классику:
– Какое вино ты предпочитаешь в это время суток?
Вальдес потянул носом воздух – не пьян ли Абрамов, – потом ответил:
– Я бы выпил бокал хереса.
– Крепленое вино в полночь?!
Томми промолчал. Он проследил за Абрамовым взглядом. Тот подошел к горке и взял початую бутылку хереса. Налив вина в два бокала, вернулся к позднему гостю.
Испанец поблагодарил его кивком и устроился на диване более удобно: откинувшись на спинку и бросив ногу на ногу. От этого резкого движения из манжет его брюк на пол высыпалась изрядная порция песка. Вальдес этого не заметил, Абрамов – напротив. Он рассмеялся, что заставило Томми еле слышно прошептать:
– Этот ублюдок мертвецки пьян.
Капитан не расслышал его.
– Все проблемы исходят из семьи, – сказал он, присаживаясь рядом с гостем.
Томми подхватил, поскольку все разговоры сейчас были пронизаны одной темой.
– Смотря какая семья. – Он сделал неопределенный жест рукой. – Например, благосостояние семьи...
– Томми, не лги самому себе, – перебил его капитан. – Ты знаешь, что случилось с Дианой, девочкой из обеспеченной семьи. Можно привести не одну тысячу примеров, но стоит ли? Я пару раз пробовал обзавестись своей семьей, ничего не получилось. В этом плане у меня нет опыта, но есть право сказать: главное, чтобы ребенок ощущал к себе любовь и уважение как к личности.
Вальдес пожал плечами и буркнул под нос:
– Наверное.
– Я знаю, в Испании существует служба консультирования родителей, чьи дети попали в наркозависимость.
– Есть такая служба, – подтвердил Томми, почесав свой острый нос краем бокала. – Но к чему этот разговор? Я же говорил тебе: Диана не была наркоманкой.
– Я помню и другое объяснение: она не жила половой жизнью. Что косвенно подтверждает твои слова.
– А все вместе это звучит так: наркоманка-девственница. – Он пренебрежительно хмыкнул: – Бред!
– Я этого не говорил.
– Я сказал. Какая разница? К чему ты клонишь, Алекс? Кстати, не твоим именем назвали вашу частную шарагу?
– Не моим, – покачал головой Абрамов. – Хотели назвать «Юстасом», но передумали.
– Я ни черта не понял.
– К делу. Я вот о чем подумал: Диану могли убрать как свидетеля.
– Свидетеля чего?
– Вот и я спрашиваю...
– Ей было всего шестнадцать.
– Дело не в возрасте. Как говорится, слепому всегда есть на что посмотреть.
Вальдес мрачно хмыкнул.
