— Да через мой труп! — процедил я.
Старик лишь ехидно заулыбался и вернул папку с документами.
Что ж, неделя, значит! Вот и отлично!
***
Как?! Вот как я могла согласиться на уговоры отца?! Ведь я приняла окончательное и бесповоротное решение уехать из города и никогда не видеть Демона. Я ведь отпустила его. Полностью! Навсегда!
А сама уже утром вышла на работу в «Изюминку», еще и стряпаю лимонный пирог, от которого Демоненко в тихом восторге. И кто я после этого? Правильно, бесхребетная тряпка!
Сама не понимала, как мне удалось ничего не спалить. И уже к полудню Витя повез заказы по адресам. Заказ для «Трех тузов» я упаковала особо тщательно. Пусть Демон даже и не думает, что чем-то отличается от других моих клиентов! Да ничем! Абсолютно!
Как только Витя уехал, а потом через час вернулся, и я поняла, что никаких конфликтов с соседями по бизнесу не планируется, меня обуяла злость.
Как так? А где же утверждения, что пирог на самом деле не лимонный, а апельсиновый? Где цветы с романтичными записками? Где, наконец, бригада строителей, собравшихся перестроить, к примеру, мой рабочий кабинет? Где, к чертовой матери, сам Демон собственной персоной?!
И я поняла, что уже стою посреди крохотной уборной для сотрудников «Изюминки» и глупо рыдаю. Значит, и Лука отпустил меня! Радуйтесь, Муза Эдуардовна, своему дикому и долгожданному счастью!
Горькие слезы еще сильнее полились из глаз. Пришлось плеснуть в лицо ледяной водой, чтобы хоть как-то привести себя в чувства.
Да и плевать! В мире что, больше мужиков нет? Да их вон, целая куча! Вот пройдет пару дней, и пойду на поиски приключений. Точно, так и сделаю!
Выйдя из уборной, вновь погрузилась в работу. И до позднего вечера у меня просто не было сил и времени, чтобы жалеть себя любимую. А после работы дядя Веня сообщил, что ремонт в моей квартире готов. И строители даже ее освободили, вызвали клининговую компанию за счет нанимателя Демоненко Л.И., и я вполне могу вернуться в родные стены.
Новость была шикарнейшей. И как только «Изюминка» была закрыта, я поплелась по лестнице в свою милую и уютную квартирку.
Но стоило мне оказаться на пороге, как в нос ударил приятный аромат еды. Поняла, что я жутко голодна. Но не вкусный ужин заставил меня волноваться и в нерешительности замереть в небольшой гостиной. А повар, хозяйничавший на кухне.
— Мой руки! Через пару минут можно садиться за стол! — раздался голос незваного гостя.
— Какими судьбами? — поинтересовалась я, не сводя глаз с непривычной для меня картины. Признаться, я и не рассчитывала, что когда-то этот человек появится вблизи «Изюминки», а тем более – в моей квартире.
— А как же: «Здравствуй, мама, я рада тебя видеть!»? — хмыкнула матушка, вытирая руки о полотенце.
— Я всегда рада тебя видеть, — прищурилась я. — Дальше что?
— А дальше, Мурзик, мы поговорим о прошлом, — мама выключила плиту и, прихватив две тарелки, подошла к столу. — Мой руки, дочка.
Судя по пристальному взгляду матери, разговор предстоял долгий. А я не возражала. Пусть и устала жутко. Мама права, нужно поговорить о прошлом.
***
Глава 23
Стоял, как пацан, под окнами и ждал, не пойми чего. За спиной полным ходом шли разборки с «крышей» Шилова, который никак не хотел выплачивать свой долг. А я методично выкуривал сигарету за сигаретой, смотрел в светящиеся окна верхнего этажа и думал, что нужно умудриться уговорить Музу съехать. Пусть парни регулярно дежурят в переулке между зданиями «Трех тузов» и «Изюминки», а риск есть всегда.
Еще пару лет назад, когда я выкупил небольшое здание рядом с кулинарией Малышко, я планировал вести спокойный бизнес. Тихо и мирно. Но дела шли не очень бодро. И я решил рискнуть всем. Нашел нужных людей. Оборудовал цокольный этаж. Привлек инвесторов. И сейчас казино в «Трех тузах» приносит приличную прибыль. Вот только стоила ли игра свеч? Ведь за бабло и успех пришлось платить.
Выбросил в урну очередную сигарету. А я же завязал с курением лет сто назад. Так, баловался под выпивку, но очень редко. Но сегодня, кажется, полпачки уже «стрельнул» у парней из охраны.
— Лука, да мы же договаривались! — услышал я голос Валика.
— Ты достал уже, Шилов! — пробормотал я и оживился, когда понял, что свет на кухне Музы погас, а в комнате так и не загорелся. Значит, Юмелия Никоновна собралась домой. — Нет бабла, не играй.
— Да есть у меня бабки! Просто счет заморожен. Вот на неделе все откроют и я принесу! — уговаривал Валик. А я отмахнулся от него, как от назойливого насекомого.
Увидел, как по винтовой лестнице спускается Муза, а следом и ее матушка.
—О, а это не твоя девчонка? — поинтересовался Валик.
А я понял: только идиот мог подумать, что Шилов не сунет свой любопытный, пусть и тупой нос в мои дела. К тому же, я просчитался. Думал, парни успеют «упаковать» всех недовольных. Ну, или Муза воспользуется внутренней лестницей, чтобы проводить припозднившуюся гостью, а не винтовой, которая превосходно просматривалась с улицы.
