Война претендентов полностью

Взглянув на красный телефон прямой связи с Белым домом, Смит горько пожалел о том, что восстановил поврежденную линию. Как ему теперь объясняться перед Президентом?

Уже второй раз за последние сутки на стол Рэя Фоксворти легло донесение Интел о передвижении войск на кувейтско-иракской границе. Вновь игнорировать? Нет, невозможно.

Он позвонил по НСООР Вулхэндлеру в АНБ.

– Стив? Это Рэй. Я получил еще одно донесение из иракской демилитаризованной зоны.

– Не знаю, что и сказать.

– Думаю, нужно доложить Пентагону.

– Хорошо. Значит, будем считать этот звонок официальным. Как насчет конференции с остальными агентствами?

– Я сам всех обзвоню.

Спустя несколько секунд по конференц-связи отозвались дежурные офицеры Военной разведки и Разведывательного управления министерства обороны США.

– Я потревожил вас по поводу повторных, но не подтвержденных донесений о перемещении иракских войск вдоль демилитаризованной зоны, – начал Фоксворти.

– Донесения абсолютно недостоверны, – резко отозвался кто-то металлическим голосом.

– Это Разведывательное управление министерства обороны?

– Нет, – тотчас ответил говоривший, – Военная разведка. До нас тоже доходили такие слухи. Запросив спутник-шпион, мы обнаружили, что вся Республиканская гвардия дислоцируется согласно предписанию – в Басре.

– А вы проверяли демилитаризованную зону?

– Зачем? С иракскими войсками нет никаких проблем.

– Но не могу же я игнорировать два одинаковых донесения подряд? – возмутился Фоксворти.

– Может, это миротворческие силы ООН?

– У них голубые каски и танки выкрашены белым, – вмешался в разговор офицер Разведывательного управления министерства обороны. – Их трудно спутать с Республиканской гвардией.

В ответ все офицеры дружно рассмеялись.

– Полагаю, все же следует доложить Пентагону, – настаивал на своем Фоксворти.

Все разом умолкли. Кто-то печально присвистнул, кто-то приглушенно пробормотал:

– Удачи!

– Могу я на кого-либо рассчитывать?

Ответом Рэю Фоксворти было гробовое молчание.

– Хорошо, господа! Ваши замечания приняты во внимание. Благодарю за сотрудничество.

Повесив трубку, Рэй Фоксворти обреченно вздохнул. И уже собрался было набрать номер Пентагона, как вдруг его осенило!

Вместо Пентагона он позвонил в ООН. После кратких объяснений его соединили с заместителем Генерального секретаря по миротворческим операциям.

– Говорит Фоксворти из ЦРУ. Мы получили сообщения об активном передвижении иракских войск вдоль вверенной вашим миротворческим силам демилитаризованной зоны.

– Я только что получил донесение от командующего миротворческими силами на иракско-кувейтской границе, но там нет ни слова о подобных перемещениях.

– Вообще никаких военных действий?

– Не считая маневров, которые проводят кувейтские королевские войска.

– Не думаю, что проблема именно в этом. Что ж, благодарю за сотрудничество.

Нахмурившись, Фоксворти повесил трубку. Может, с докладом Пентагону повременить? Судя по всему, ситуация не представляла особой угрозы. Кувейтские войска могут проводить маневры сколь угодно долго. Они никому не угрожали, пока никто не угрожал им.

Когда Римо и Чиун вышли из самолета компании «Эйр Италия», у трапа их уже ждала красная ковровая дорожка, на которой отчетливо виднелось изображение короны о трех зубцах. Рядом стоял огромный белоснежный лимузин, а у задней дверцы авто – ливрейный лакей.

Обутый в черные сандалии мастер Синанджу ступил на дорожку, тотчас грянул духовой оркестр, и ливрейный лакей величественным жестом открыл дверь лимузина. На флагштоках взметнулись яркие флаги. – Что это? – изумленно прошептал Римо, вслед за Чиуном направляясь к лимузину.

– Я просил о скромном приеме, – ответил мастер Синанджу. – Мы приехали для предварительного обсуждения, а не для заключения сделки. Пышная встреча подобает лишь настоящим королевским ассасинам, а пока мы таковыми не стали, подобная помпа может отпугнуть других потенциальных клиентов.

Сияющий белоснежный лимузин с трудом пробивал себе дорогу на узких грязных улочках Рима. По мнению Римо, вся Европа была ужасно грязной, и он искренне не понимал, почему американские туристы так очарованы европейскими городами. В любой европейской столице поры его кожи забивались грязью чуть ли не в ту секунду, когда он спускался по трапу самолета.

– Это что, президентский дворец? – спросил Римо, указывая на огромное здание из коричневого мрамора, которое, по всей видимости, давно уже нуждалось в тщательной чистке, если не в полном уничтожении.

– Какая разница, – отмахнулся Чиун. – О, смотри, Римо! Колизей!

– Вижу. Тут трудно ошибиться. Не так уж много на свете зданий, которые насчитывают две тысячи лет от роду и выглядят, словно раскрошившийся свадебный торт.

– Обрати внимание на русло Тибра, это очень важно. Потом объясню почему.

– Хорошо, хорошо... Так где же президентский дворец?

Чиун задумчиво пошевелил пальцами с длинными ногтями.

– Да, у нового здания нет ничего общего с потускневшим блеском Рима времен Цезаря.

– Нас ждут?

– Да, он нас ждет...