– Не стоит спешить, – задумчиво ответил я и пояснил: – Карл Фридрихович знает свое дело, а наживаться на том, что он доверился гарантийным письмам, которые почему-то отозвали… – осекся и посмотрел на своего друга: – А еще кто-нибудь к долгам господина Пергина интерес проявляет?
– Думаешь, его специально кто-то под разорение подвел? – понял мою мысль Анзор.
– Очень на то похоже, – встал я с кресла и прошелся по комнате. – Отозвать гарантийные письма и не выплачивать причитающиеся ему за проделанную работу деньги – глупость со стороны казначейства. Какой бы чиновник на такой шаг ни пошел, у него должны иметься на то очень веские причины. Средства господину Пергину в любом случае казна возместила бы, да еще и с процентами, но лишь после разбирательства в судах, когда доки уже станут собственностью кого-то другого.
– Если твое утверждение верно, то этот «кто-то» очень высоко сидит, – резюмировал мой начальник контрразведки. – Заняться этим вопросом?
– Проследи, чтобы векселя не ушли на сторону, – попросил я, потом добавил: – Попробуй поискать того из высокопоставленных чинов, кто проявлял интерес к докам, но сильно не упирайся, это сейчас далеко не главное.
– Тогда я пошел, – пружинисто встал с кресла Анзор, взглянул на свои часы и уточнил: – На званом ужине мне находиться обязательно? Могу не успеть.
– Как сочтешь нужным, – пожал я плечами. – Возьму с собой охранителей и господ Терешкина с Бубновым.
– Насчет последних – не советую, – неожиданно заявил Анзор. – Их не приглашали, они могут оказаться лишними.
– Тогда уйдут, – пожал я плечами. – Знаешь, с одной стороны, мы в гостях, и следует придерживаться соответствующих правил, но так как мы делаем общее дело, то пусть здешние хозяева терпят, если какой-то мой шаг им не понравится.
– Никто не посмеет слова поперек сказать, – хмыкнул мой друг. – Честно говоря, я погорячился: вы, ваше высокопревосходительство, даже с цыганами заявиться на ужин можете.
– Иди уже! – с улыбкой отмахнулся я и подошел к телефонному аппарату. – Озадачу-ка я Ларионова нашими подозрениями. Может, он мне что-нибудь разъяснит.
– Мне подождать?
– Покури, десять минут погоды не сделают, – согласился я.
Связаться с Вениамином Николаевичем оказалось не так-то просто. Мой контрразведчик не дождался начала разговора и решил все же разузнать у местных знакомых, что и как. Наконец-то после примерно сорока минут ожидания со мной связалась барышня-телефонистка и заявила, что господин Ларионов согласен со мной переговорить.
– Соедините, – вежливо попросил я, понимая, что на телефонной станции не знают, что статусом я давно выше ротмистра, пусть и руководящего имперской разведкой и контрразведкой.
– Иван Макарович, что-то случилось? – послышался в телефонной трубке настороженный голос Вениамина Николаевича.
– Доброго дня, – поздоровался я.
– Гм, простите, забегался… конечно, доброго здравия, – чуть виновато ответил ротмистр.
– Ничего страшного не произошло, хотел у вас уточнить один момент относительно гарантийных писем казначейства владельцу доков, – сказал я.
– Честно говоря, что-то краем уха слышал, но не более того.
– Дело в том, что это все дурно пахнет. Отозвать выделенные казначейством средства далеко не каждому чиновнику под силу, тем более когда строительство шло полным ходом и закупались материалы. Поразмыслив, склоняюсь к мысли, что кто-то решил доки к рукам прибрать за бесценок. И, Вениамин Николаевич, вы должны понимать – такие решения принимаются очень влиятельными лицами, – заявил я, а потом поспешил добавить: – Бога ради, не подумайте плохого, никого обвинять не собираюсь, в жизни возможно все, в том числе чрезмерное усердие, плохо сказывающееся на деле.
– С такой точки зрения я не рассматривал сложившуюся ситуацию… – озадаченно ответил Ларионов после того, как выслушал меня и пару мгновений помолчал. – Справки наведу и если виновный отыщется, то дам знать. Хорошо?
– Считайте, мы договорились, – удовлетворенно ответил я. – Только есть еще одна просьба.
– Слушаю, – коротко ответил ротмистр.
– Ради подстраховки пусть пара влиятельных газет выпустит статьи, что императрица проявляет интерес к строительству заложенных судов. Для этого она даже распорядилась вызвать из Сибири известных инженеров-конструкторов и возложила обязанность следить за ходом работ на наместника Урала, – медленно произнес я.
– Сделаю, только вас ведь, Иван Макарович, уже давно все и везде величают Хозяином Сибири, – хмыкнул ротмистр. – Кстати, этот чин или титул, точно не уверен в правильности, уже и на соглашении вашем с императрицей указан. Подписи стоят, а значит, и должность вы занимаете такую.
– Без разницы, как и кто меня назовет, – отмахнулся я.
