Разговор вынужденно прервался, мы в ангар зашли, и императрица уверенно направилась к кабинетам, словно заранее изучила маршрут! Я переодевался в раздевалке для мастеровых, куда мой зять принес мою летную форму. Не могу сказать, что я такой уж сильный фанат неба, отношусь к этому спокойно и рассудительно. Да и времени нет, чтобы просто так на самолетах кататься.
– Василий Андреевич, надеюсь, техника в порядке и не подведет меня? – посмотрел я на своего главного конструктора, когда облачился в комбинезон пилота.
На самом деле мог бы и в мундире в воздух отправиться, но тогда у императрицы возникнет закономерный вопрос, для чего же ей понадобилось переодеваться. Ссылаться на то, что в платье забраться в кабину не получится – так она на лошади может в бальном платье кататься, а тут надо всего лишь в кресле какое-то время посидеть… Честно говоря, наш самолет прошел неоднократные испытания, и к его движку нареканий нет. Опять-таки если и откажет, то можно спланировать и сесть. Главное, чтобы проблемы не возникло при посадке или взлете. Если вдруг движок при разгоне заглохнет, то по инерции можно далеко укатиться за взлетку, а попади колесо в яму – аварии не избежать.
– Иван Макарович, сами знаете, что стопроцентной гарантии я не дам, – ответил мне главный конструктор.
– Вот и отговаривали бы Ольгу Николаевну, – мрачно заявил я. – Почему молчали, когда она напрашивалась лететь?
– Так как-то сложно говорить, что полеты безопасны – и в то же время грозить аварийными ситуациями в небе, – развел руками Терешкин.
Императрицу долго ждать не пришлось, комбинезон подчеркивает ее стройную фигурку (явно по ее меркам сшит!), волосы из-под шлема спадают на плечи, в глазах азарт – готова к полету. Кратко ее проинструктировал, заострив внимание, что трогать, нажимать, стучать по приборам, тянуть за рукоятки, щелкать тумблерами запрещается.
– Иван Макарович, я не планирую с вами разбиться! Пролетите над городом, моей резиденцией, а потом приземлитесь, – скрывая торжествующую улыбку, сказала Ольга Николаевна.
– Как прикажете, – мрачно ответил я.
Самолет выкатили на взлетную полосу, баки залиты под завязку. Это одно из моих требований, чтобы при взлете, если случится авария, пары бензина не устроили взрыв.
– Ваше высокопревосходительство! – подошел ко мне Анзор, держа в руках ремень с кобурой. – Вы оружие забыли.
– И от кого отстреливаться? – поинтересовалась императрица. – Уж не от птиц ли?
– Это один из обязательных предметов, который должен иметься у летчиков. В бою случиться может всякое, – неопределенно ответил я.
– Тогда и мне потребуется револьвер! – хмыкнула Ольга Николаевна.
Хотел съязвить, что уж у нее-то наверняка есть дамский браунинг припрятанный или что-то аналогичное, но вовремя язык прикусил. Какой-то бравый полковник с поклоном протянул свой револьвер, который императрица с благодарностью приняла и в один из карманов комбинезона спрятала.
– Поехали, – протянул я ей руку и помог взобраться на крыло самолета.
Проследил, чтобы Василий Андреевич пристегнул императрицу ремнями безопасности. Показал, как те расстегиваются, а потом и сам на место пилота забрался. Был шанс, что движок откажется запускаться и на этом авантюра прекратится. Но нет, как часики мотор заработал… Кабина у нас общая, закрывается колпаком из бронестекла, мы защищены от столкновений с птицами или шальной пулей. Общаться пилот и стрелок в полете практически не могут, каждый делает свою работу. Тем не менее, если потребуется, дотянуться до меня Ольга Николаевна сумеет, сам же вижу ее в небольшое зеркальце, честно позаимствованное из салона автомобиля. А вот радиостанция пока еще до ума не доведена, ни бортовая, ни приемопередатчик на земле. Технические задания и заказы я разместил в нескольких инженерных университетах. Обещают первые образцы поставить в ближайшее время, но срок каждый месяц сдвигается.
– Не передумала?! – обернувшись, проорал я, стараясь перекричать шум двигателя.
– Ваня, полетели, – отрицательно покачала она головой и улыбнулась.
Разгоняю самолет, и он послушно отрывается от земли, устремляясь в чистое, без единого облака, небо.
Я ожидал, что Ольга Николаевна испугается, но постарается не показывать виду, когда самолет оторвется от земли и начнет набирать высоту. Однако ошибся, моя пассажирка крутит головой и напевает какую-то веселую песенку. Хулиганить в воздухе не собираюсь, демонстрировать фигуры высшего пилотажа – тоже не для этого случая, да и нет у меня ни практики, ни умения. Летчик-то из меня еще тот, но спокойно взлететь, сесть, да и просто полюбоваться открывающимися красотами с высоты могу легко. Этому способствует и простое управление самолетом, а вот в самолетах моего времени, где куча приборов, все намного сложнее. Хотя и там не все так однозначно, в стандартной ситуации есть эффективные помощники в виде автоматизированных систем, как тот же автопилот.
– Ваня! А быстрее можешь?! – прокричала императрица.
