Как ни странно, но я ее хорошо слышу, шум двигателя не такой громкий: Василий Андреевич что-то в конструкции изменил и учел мои замечания. Возможно, рабочие идеально подогнали детали да поставили дополнительную шумоизоляцию или какие-нибудь уплотнители.
– Вы куда-то торопитесь? – спросил я в ответ. – Скорость под двести километров!
– Да быть не может! Она почти не чувствуется, – удивленно ответила императрица.
– У вас есть дублирующие приборы, можете убедиться, – предложил я и предупредил: – Только ничего не нажимайте.
Высотомер показывает чуть меньше трех тысяч метров над землей, про скорость я не соврал. Можно наслаждаться полетом, чем мы некоторое время и занимались. Облетели город, а потом, помня о просьбе императрицы, я направил самолет в сторону резиденции.
– Ваня, ты можешь лететь быстрее орла? – поинтересовалась императрица, указав на парящую в отдалении птицу.
Птица большая, к какой разновидности относится – понятия не имею, но знаю, что в полете они могут забираться очень высоко, даже выше, чем способен наш самолет. Да и скорость у некоторых видов для нас пока недостижима.
– Мы не на соревнованиях, – ответил императрице. – Вот она, ваша резиденция, с воздуха выглядит еще лучше… Черт! – резко повернул я штурвал, закладывая вираж.
Орел – вероятно, хозяин здешнего воздушного пространства – увидел во мне соперника и решил атаковать самолет, чтобы покарать нахала. Птица не испугалась рокота движка, размеров самолета и стремительно бросилась в атаку. Нам повезло, что скорость приличная, а пикирующего орла я заметил издали. Сумел избежать столкновения и решил, что следует снизиться, тогда орел от нас, возможно, отстанет. Бросил взгляд в зеркало: Ольга Николаевна серьезна, но вид не испуганный. Не понимает, к чему может привести столкновение с крупной птицей на такой скорости и высоте. Впрочем, если орел атакует середину фюзеляжа, то ничего не произойдет, а вот за рули высоты и направления в хвостовой части, двигатель и остекление кабины опасаюсь.
– Вот же упрямая птица! – резко задираю нос самолета и набираю высоту.
Орел от самой земли, словно ядро из пушки, устремился к нам и вновь промахнулся. Н-да, жаль, что пулеметы без боезапаса, возможно, смог бы просто отпугнуть наглого орла: попасть на такой скорости в быстродвижущуюся мишень, у которой скорость явно выше, не получилось бы.
Птица не успокаивается, продолжает атаку. Может, у него брачный период, лето-то в самом разгаре?.. Мощные когти птицы скользнули по стеклу кабины, по ушам резанул противный скрежет, но на полете это никак не сказалось. А через пару десятков секунд от винта во все стороны полетели брызги крови и перья. Двигатель заглох. Штурвал держу, стараясь планировать, а сам жму на кнопку старта, пытаясь запустить двигатель. Увы, не получается, даже винт не прокручивается – заклинило, а его лопасти погнуты.
– Мы разобьемся?! – нервно спросила Ольга Николаевна.
– Это вряд ли, – сжав зубы, ответил я. – Подумаешь, птичка нашу прогулку испортила! Ничего, спланируем и сядем, а потом приедут рабочие, поменяют вышедшие из строя детали, и самолет будет дальше летать.
Осматриваюсь по сторонам, не могу сориентироваться, где мы находимся: под нами лес, в отдалении какая-то река, но не Исеть. Дорога имеется, но не тракт, а мы продолжаем снижаться, хорошо что не падаем. В подробностях землю тоже рассмотреть получается плохо, забрызгавшие стекло капли крови и прилипшие к нему перья самоубийцы-орла сделать это не позволяют. Впереди, слева по курсу нашего полета, разглядел какое-то озеро и луг, на котором стоят стога сена. Поворачиваю штурвал, машина послушно выполняет маневр, но на такой скорости и высоте, боюсь, мы пролетим мимо, а дальше лес. Садиться на макушки деревьев меня не прельщает, необходимо рискнуть.
– Держись, крепко держись! – кричу императрице, хотя она и так все прекрасно слышать должна, в кабине-то тихо, только негромкое шуршание воздуха, рассекаемого самолетом.
Пикирует воздушная машина, на моем лбу капли пота, руки крепко держат штурвал, необходимо рассчитать и не ошибиться, когда начинать выравнивать самолет. При приземлении на такой скорости стойки шасси могут сломаться, а удар о землю, возможно, приведет к деформации топливных баков, как говорится, со всеми вытекающими…
