— Ну да... Так вот, мне кажется логичным, что после этого я выйду замуж за тебя и только за тебя. Или вообще не выйду.
— Правда?
— Клянусь!
Повеселев, Данте упёрся Эстелле головой в живот. Девушка прижала его к себе.
— Тогда зачем ты несла всю эту чушь? Почему нельзя было сразу сказать, что хочешь быть со мной?
— Просто я тебе рассказала о своих взглядах.
— Ну так что, значит, женимся?
— Ага, — Эстелла подалась назад, устраивая голову Данте у себя на коленях. — Свадьба... наша свадьба... Ах, Данте! Платье у меня будет эмм... красное! Да, хочу красное! И без фаты, фату мне уже нельзя. Конечно, если мы никому не скажем, то можно, но это нехорошо, ведь я не девушка и не могу выходить замуж в фате. А ещё будет играть орган, и хор будет петь Аве Мария, и букет у меня будет из белых и красных роз. Священник станет говорить красивые слова, и мы поклянемся друг другу в вечной любви, и... — Эстелла умолкла, заметив, что Данте помрачнел, вперив стеклянный взор в потолок.
— Что такое? Тебе не нравится такая свадьба, да? Ты хочешь по-другому?
— Дело не в этом. Эсте, знаешь, ради тебя я готов пойти на всё, даже повенчаться в церкви, но... Я не могу венчаться. Не потому что не хочу, а потому что нас просто не обвенчают. Я не крещёный.
— Ну и что? Крестись. Пойдём к падре Антонио, и он тебя окрестит.
— Невозможно. Эсте, ты забыла, что я маг? Даже если бы я и пошёл на это ради тебя, я не знаю что при этом может произойти. Я не могу контролировать свою магию, когда нахожусь в церкви, вот в чём дело. Моя магия и церковь несовместимы.
Эстелла чуть не расплакалась.
— Но... но... ты хочешь сказать, что мы не можем пожениться?
— Нет, я хочу сказать, что мы не можем венчаться в католической церкви. Но это не единственный способ, чтобы пожениться.
— Как это? Я не понимаю, — изумилась Эстелла.
— Мы можем пожениться не по католическому обряду. У нас будет свадьба, красивая, с цветами, платьем, музыкой, всё, как ты хочешь, просто она будет не в церкви. Она будет другая, это тоже свадьба, настоящая, но языческая. Когда я жил в «Лас Бестиас» я много раз был на таких свадьбах. Это потрясающе красиво! И когда я недавно побывал на свадьбе у Клементе в церкви, это было так дико скучно, что, если бы моя магия мне не мешала, я бы заснул.
Эстелла никогда не задумывалась о том, что свадьба её могла бы стать оригинальной, но после слов Данте она загорелась идеей. Действительно, ведь её мужчина необычный, значит, и свадьба у них должна быть необычная.
— Ну так что, Эсте? Ты выйдешь за меня замуж?
Как же она мечтала это услышать!
— Да! Да, выйду! — Эстелла покрыла поцелуями лицо Данте, а он всё не верил, что на свете бывает такое счастье. И это счастье отныне принадлежит ему.
Неделя пролетела незаметно. Нежность сменялась смехом, страстные ласки сонной негой. И если Эстелла поначалу задумывалась, что ведёт себя нехорошо, живя с мужчиной вне брака, то вскоре она махнула на это рукой. Пришла уверенность: ничего дурного они с Данте не делают.
Каждую ночь влюблённые проводили вместе: и просто спали, прижимаясь друг к другу, и занимались любовью; и Эстелла поняла, что Данте теперь неотделим от неё, как вторая кожа. Он больше не был тайным возлюбленным, о поцелуях которого она грезила ночами, он стал для неё родным человеком, без которой она не могла физически существовать. Страсть разгоралась в Эстелле, окрыляя её, когда она утопала в таких нежных, таких жарких и сильных объятиях своего любовника. Девушка потеряла счёт времени, забыв, сколько недель или лет минуло с тех пор, как одним дождливым вечером она прибежала к Данте, напуганная заскоком лучшей подруги и ненавистью, царившей в её доме. Из наивной девочки Эстелла мало-помалу превращалась в страстную молодую женщину.
Однажды, выглянув в окно, Эстелла с удивлением обнаружила, что Бульвар Путешественников сияет огнями и рождественскими гирляндами. Вот, полная женщина несёт в руках торт, украшенный кремовой омелой. А вот, двое мужчин сгружают с повозки здоровенную мохнатую ель.
Сочельник! И как она могла забыть об этом? Сердце Эстеллы затрепетало. Она обожала Рождество, а в этом году оно станет необычайно счастливым, потому как она сама наполнена счастьем до кончиков ресниц. Эстелле захотелось кричать от радости, как кричали неподалёку дети лавочников, играя в прятки. Прохожие спешили мимо, их болтовня и выкрики перемежались со смехом; они шуршали обёртками от подарков, звенели ёлочными колокольчиками, тащили целые пакеты вкусной снеди, сгибаясь под их тяжестью. Окна домов отливали серебром и золотом, синими и зелёными, красными и розовыми огоньками, а прямо на тротуаре играл бродячий оркестр.
С сияющими глазами Эстелла влетела в комнату. Данте дома не было — с утра он уехал на встречу с богатым испанцем, коллекционером редких пород лошадей. Надо устроить сюрприз: украсить комнату, приготовить праздничный ужин. Это будет самое волшебное Рождество в её жизни!
