В первый момент люди растерялись, но Данте, воодушевлённый победой над самим собой, мигом всех построил, и заговорщики начали обшаривать каждый закоулок кабинета. Сам Данте только делал вид, будто что-то ищет — нужный артефакт он усёк сразу. Единорог стоял под хрустальным колпаком, и это было истинное произведение искусства — изящный, весь серебряный, а рог его был усыпан крупными алмазами, сверкающими как звёзды.
Данте замер, любуясь прекрасным зрелищем и ощущая, что от артефакта исходит некая сила. Изумрудный перстень, который он повесил на шею, нацепив на шнурок, вибрировал под одеждой. Значит, Амарилис не обманула, единорог и правда волшебный.
Вдруг скрипнула дверь. Из неё выполз фонарь, а за ним трое вооружённых карабинами часовых. Взломщики застыли в немой сцене.
— Я ж говорил, что тута воры! — сказал щуплый часовой с кривым носом. — А вы мне не верили, а я ж ведь слыхал шум сквозь ваш храп.
— Да уж, дела-а-а, — протянул другой. Толстый и туповатый на вид, он почесывал макушку стволом карабина.
— Мы не воры! — первым пришёл в себя Данте.
— А кто ж тогда? Вторглись ночью, чего-то тут ищите, — ухмыльнулся третий часовой — молодой и лопоухий.
— Мы пришли потребовать у алькальда, чтобы он отдал нам лекарство. Говорят, он может вылечить чуму! — провозгласил Данте задирая нос.
— Чего? — часовые переглянулись.
— Того! — огрызнулся Данте.
— Да-да! Пускай отдаст нам лекарство! — зарокотали люди за его спиной.
— Мы не преступники, мы лишь хотим спасти своих родных. Позовите сюда алькальда, мы скажем ему это в лицо! — выпалил Данте.
— Чё ты мелешь, чё за бред? — лопоухий потряс карабином у Данте перед лицом.
— Это не бред! Чистой воды правда! — Данте грудью отодвинул от себя руку с карабином, а люди одобрительно закивали.
— Вы чё правда думаете, будто бы алькальд может вылечить енту заразу? — робко спросил кривоносый.
— Может! Может! — завопил осмелевший люд. — Мы за этим и пришли, и не надо нам угрожать! Давайте сюда алькальда!
— Правильно! Пора прекратить это безобразие в городе!
— Чё, может, правда алькальда позвать? — уныло спросил у товарищей толстяк.
— Да он дома давно, спит уж. Ночь на дворе как-никак, — отозвался кривоносый.
— Давайте их всех перестреляем да и делов-то! — воскликнул лопоухий, потирая костлявые ладони.
— Попробуйте! — Данте сейчас напоминал тигра при встрече с охотником. Глаза его сверкали, точно в предвкушении близкой ли смерти, или близкой трапезы, приправленной человечинкой. — Нас много, а вас трое. Ничего вы с нами не сделаете, мы вас живо скрутим.
— Вот именно! — люди помахали своим оружием — кто ножом, кто вилами, кто дубиной, а кто лопатой. А Данте выудил из-за пояса кинжал.
— Лучше вы нас не провоцируйте! От вас всё равно нет толку. Какие вы часовые, если мы мимо вас ходили не меньше двух десятков раз, а вы даже не шелохнулись, м?! — говорил Данте издевательски. — Так что не надо нас пугать, доблестные воины, у вас небось и карабины не заряжены.
— И правда не заряжены, — уныло вздохнул толстяк.
— Ты чё мелешь? — возмутился лопоухий. — Ещё как заряжены!
— Ну не знай, я посеял свою сумку с порохом ещё на прошлой неделе, — пожаловался толстый.
— Ты идиот! Не обязательно об этом рассказывать нашим врагам! — лопоухий двинул товарища по затылку.
— Идите и позовите алькальда, — хмыкнул Данте, слушая эту перепалку. — Иначе он узнает, как вы дрыхнете на службе и теряете свои вещи.
— Твоя правда, парень, он же нас погонит метлой отсюдова, — вздохнул кривоносый. — А я не хочу лишаться этого местечка. Тут тепло, светло и кормят, уж лучше, чем дверь караулить на улице.
— А у меня сестра при смерти, — вздохнул толстяк. — Мне б тоже лекарство-то не помешало. Может, это, за алькальдом сгоняем?
— Заткнись, пёс! Никому тут твои жалобы не нужны! — лопоухий толкнул товарища локтем в бок (видимо, среди них он был главный). — Вот чего. Мы их тута запрём до утра, и они будут тута сидеть тихо, как мышки. А утром придут жандармы, и мы посмотрим, чего эти вруны наболтают об чуме, коды угодят на виселицу. А мы скажем жандармам, будто поймали преступников.
Такая перспектива толпу не прельстила.
— Да мы в два счёта вашу дверь снесём!
— Никакие запоры нас тут не удержат!
— Пускай сюда жандармы только сунутся, живыми не уйдут!
— Нам нужен алькальд, а не жандармы!
Пока все перекрикивали друг друга, Данте задумался. У него нет задачи устраивать кровавую бойню. Ему нужен алькальд, чтобы получить артефакт, и ради этого он посидит взаперти и месяц.
— Мы останемся тут и дождёмся алькальда, хоть с жандармами, хоть без, — подвёл итог Данте. — Мы не сдвинемся с места, пока сеньор Алехандро Фрейтас сюда не придёт.
И Данте сел в кресло алькальда, уложив ноги на стол для пущей убедительности.
Люди, видя, что их предводитель сдаваться не намерен, одобрительно заголосив, последовали его примеру: расселись кто на диванах, кто на стульях и креслах, а кто просто на полу, держа в руках своё импровизированное оружие. Часовые, пожав плечами, вышли, предусмотрительно заперев дверь на ключ.
