Джеймс МакМэннон почувствовал, будто с плеч упал тяжелый груз. Перед ним загорелся белый свет, и ему захотелось пойти на этот свет.
Что-то зашумело.
Свет исчез. Джеймс с усилием открыл глаза. Перед собой он увидел волнующуюся людскую массу… люди были похожи на огромную колышущуюся пелену нагретого воздуха, как будто попали в горячие испарения, поднимающиеся над черными городскими улицами в середине лета.
В левое ухо кто-то проговорил:
– Эй, не двигайтесь, сейчас приедет скорая.
Джеймсу показалось, что он что-то говорит в ответ, но затем он понял, что слышит лишь звон. А потом он снова увидел белый свет. Он встал (по крайней мере, так ему показалось) и пошел навстречу манящему сиянию.
В этот самый момент всё, что было у Джеймса МакМэннона, всё, о чем он думал, что ощущал, что любил – всё это покинуло его тело.
Остался лишь зверь.
***
За все годы службы в силовых структурах Хэнк Капрези никогда не видел, чтобы человек, упав с высоты тридцати этажей, выжил. Но так оно и случилось. И человек этот не был чужим – он работал охранником.
– Вы уверены, что всё нормально? – Хэнк поймал его взгляд. – Не двигайтесь, вам нужно в больницу.
Ничего не ответив, тот соскользнул с разбитого такси. Стоя в центре толпы, он оглядывался, будто искал что-то. Его шея изгибалась под неестественным углом, так что он взялся за нее с обеих сторон и рывком вернул голову на место. Когда он развернулся к Хэнку, глаза у него были сплошь черные.
– Эй, друг, я действительно думаю, что вам нужно остаться! – окликнул Хэнк.
Мужчина не послушал его. Он ввинтился в толчею и исчез из виду.
«Не представляю, как буду объяснять всё это капитану», – подумал Хэнк.
***
В течение всей поездки Дин пытался расспрашивать Уолтера и Джулию. К несчастью, они не были разговорчивыми. Было ясно, что они знали о свитках намного больше, чем Уолтер рассказал при встрече с Сэмом, но мотив их действий оставался туманным.
«Они хотят защитить свитки или уничтожить их?» – гадал Дин.
Вполне возможно, они были на одной стороне и стремились к одной цели, но без более подробной информации Дин не мог знать наверняка.
Когда они добрались до нижнего Манхеттена, кровотечение у Уолтера замедлилось, однако ему все еще требовалась медицинская помощь. Винчестеры переглянулись. У них не было ни свитков, ни мыслей, как их достать. Они зашли в тупик.
Сэм посмотрел на Дина, и его намерения были очевидны: «Пора идти».
Винчестеры разом развернулись и решительно направились прочь.
– Вы собираетесь просто бросить нас здесь? – крикнула Джулия. – Я думала, я твоя пленница.
Дин мгновенно откликнулся:
– Я тебя освобождаю. И насколько я вижу, сладкая попка, ты сама в состоянии о себе позаботиться. И он тоже.
– Мы вам еще понадобимся, – окликнула Джулия, а Уолтер споткнулся.
На лице у Сэма мелькнул проблеск сочувствия. Джулия, разумеется, имела в виду, что ей они нужны.
«Мы в самом деле собираемся бросить истекающего кровью мужика на улице, особенно, если есть вероятность, что у его дочери наш украденный нож?»
Дин стукнул его по плечу:
– Пойдем.
Очевидно, именно так они и собирались поступить.
Вечером Дин и Сэм остановились в паршивом отеле в нижнем Ист-Сайде. Учитывая ту заварушку, которую они устроили в «Уолдорфе», возвращаться на съемную квартиру было рискованно, даже под псевдонимами. Купив пиццу, Винчестеры принесли ее в номер. Несмотря на утомление, им всё еще надо было что-то есть, однако они были не в настроении общаться, а поход в кафе предполагал взаимодействие с людьми.
Сэм гадал, насколько много в самом деле известно Уолтеру и Джулии.
Создавалось впечатление, что это они перевернули вверх дном квартиру в Виллард Хауз, а в Библейском Обществе Уолтер в подробностях распространялся о важности Свитка Войны. Высока ли вероятность, что они поняли, насколько важно для Сэма и Дина заполучить его?
Ответов братья не знали. Они знали только, что к утру нужно разработать новый план. А пока они ели пиццу и упивались безнадежностью ситуации.
***
Была уже глубокая ночь, когда Дин вышел на крыльцо. Сэм уже был там и молча смотрел в темное небо.
– Здесь звезд ни черта не видно, – сказал Дин.
Сэм скривил губы в полуулыбке, той самой, которую он использовал, когда Дин пытался приободрить его:
– Я и не заметил.
– Хорошо сработал сегодня, Сэмми.
– Хорошо? Мы облажались, Дин. Нам пришлось бежать, поджав хвост, и теперь у нас нет ни малейшего понятия, где свиток. Всё, что мы знаем, это то, что его действительно уничтожили.
– Ты хорошо держался там. Я бы не среагировал так спокойно, если при мне в номер вот так вот ворвалась бы Джулия.
Сэм кивнул. Потом, помолчав, спросил:
– Дин… у тебя что, дробовик в штанах?
Дин извлек дробовик словно бы из ниоткуда и снова спрятал его в джинсы:
– После всего случившегося я решил придержать его. Но не хотел, чтобы меня вдобавок арестовали за незаконное хранение оружия.
– Мне кажется, на самом деле единственным настоящим преступлением было уничтожение имущества, – решил Сэм.
– А еще проникновение со взломом.
– И сопротивление при аресте.
– И угроза смертельным оружием.
Сэм недоуменно нахмурился:
