Дверь в комнату с шумом открылась и, нарушая тишину, влетел рыжеватый мальчик.
— Ты обещала бросить, — с укором напомнил он, встав рядом.
— А ты не вламываться ко мне без стука, — напомнила она, младшему брату.
— Ой, прости. Больше не буду. — Ник весело посмотрел на старшую сестру. — С Днем рождения.
— Спасибо, — Кьяра улыбнулась — родители проснулись?
— Нет еще, спят. Я первый тебя поздравил, — самодовольно произнес он, достав из кармашка пижамы вафлю.
— Ты прав, — выкинув не докуренную сигарету, она весело посмотрела на брата, — а где подарок?
— Вот, — он протянул руку — надеюсь, тебе понравится.
На маленькой детской ладошки лежали бусы, сделанные из ракушек.
— Как красиво. Сам сделал? — она взяла подарок и повесила на шею.
— Да, — мальчик радостно улыбался. Он сам придумал, что подарить, и всю неделю собирал и делал это украшение.
— Ты сегодня наверно пойдешь гулять с Владом, да? — он с интересом смотрел на сестру, откусывая от вафли половину.
— Не знаю еще, — Кьяра задумчиво смотрела на восходящее солнце. Влад просил не строить планы на вечер, но что задумал, не рассказывал.
— Ладно, пошли завтракать. Я есть хочу, — по-деловому произнес Ник, доедая запас из кармашка.
— Пошли, — Кира улыбнулась и проследовала на кухню.
Телефон звонил не умолкая. Все хотели поздравить с Днем рождения и почему-то именно с утра. Так как седьмое июня выпало на середину недели, было решено перенести празднование на выходные, с обязательной программой, состоящей из танцев, выпивки, и общего веселья. Влад так и не признался что за сюрприз, и вообще был мрачнее обычного. Мама поздравила и извиняющимся тоном сообщила, что сегодня они улетают в Египет. Кира помогла собрать вещи, и загрузить в такси. Попрощавшись, она посмотрела на часы: «Опаздываю». Поднявшись в комнату, долго не могла решить, что одеть. Обычно одевала первое, что выпадало из шкафа, но сегодня захотелось помучиться извечной женской проблемой и повторить пару раз про себя и три раза вслух, избитую фразу: Не чего одеть. В итоге, перебрав ворох одежды, она выбрала белое с зеленными вставками шифона, платье. Одевшись, Кьяра стала спускать в низ, по круговой лестницы, ведущей на первый этаж. Она подумывала о лыжных палках всякий раз, когда двенадцати сантиметровый каблук опасно шатался, пытаясь уронить свою ношу на паркетный пол.
На кухне экономка Нона жарила блинчики. Ник усердно пытался их стащить с тарелки, иногда удачно. Налив себе чай и поразмыслив о гнусной краже блинчика, она только села за стол, как дверь распахнулась, и с огромным букетом цветов вошел Марк.
— Привет Ник, — мальчик в ответ приветственно помахал наполовину съеденным блинчиком, масленые брызги разлетелись во все стороны.
— Здравствуй Марк, — поздоровалась Нона, и отобрала лепешечное орудие у маленького воителя, — будешь завтракать?
— Нет, спасибо, — и посмотрев на Кьяру, добавил, — поехали.
— Я кушаю. Не мешай, — возмутилась она — и вообще, где поздравления?
— В букете. Поехали, говорю, — он вытолкал ее из-за стола, — опаздываем. Схватил по дороге сумку, и подставил руку, когда она уже собралась навернуться с единственной ступеньки.
— Каблуки, — извиняющимся тоном сказала Кира.
— А где лыжные палки? — Марк открыл дверь машины.
— Очень смешно, — сделав вид, что обиделась она села в машину.
Черный ягуар летел по узким улицам вдоль старинных домов, с бешеной скоростью.
— Ну что ты опять надулась? — он резко притормозил, пропуская пешеходов, Кира не врезалась лбом в приборную доску, лишь благодаря ремню безопасности, — у меня не одной аварии за три года вождения.
— Знаю, — убрала с лица волосы и добавила — просто думаю, если мы врежемся, приходить к тебе потом в виде призрака или сразу прибить.
— Не злись, у тебя сегодня важный день. — Кьяра скептически посмотрела на друга. — День рождение, это раз, и два, если бы не я, ты точно опоздала бы на сдачу к Толоку, — он весело ей подмигнул.
— Не люблю день рождения, — она тяжело вздохнула — и, по-моему, я напортачила в последней главе посвященной архитектуре семнадцатого века.
— Ничего, прорвемся. — Он лихо вывернул руль, машина ушла в занос, и резко остановилась, точно на парковке.
— Выделываешься? — Кьяра ухмыльнулась и вышла на яркое солнце.
