Дмитро Кочинский Как-то мне рассказали бытующий в среде Московской уголовной общественности анекдот, который не столько характеризует чеченцев, сколько тот суеверный страх, который возникает у одномерного человека, когда в его жизнь агрессивно вторгается проявления иной высшей духовности. Правда, рассказчик был уверен, что все это действительно имело место году этак в девяносто третьем. Началось с того, что молодой чеченец хлопнул кого-то из московских авторитетов. Он удалился в Чечню, а в Москве имели место разборки, терки, стрелки. Короче выяснения отношений закончились, так сказать, генеральной стрелкой, на которую собрались все заинтересованные лица. Чеченцы также вызвали из Чечни и героя дня, под какие-то гарантии безопасности. Разговор продолжался часа четыре. Наконец виновник торжества не выдерживает и говорит: - Все эти ваши понятия мне глубоко чужды. Суда вашего я над собой не признаю. Я мусульманин и судить меня может только Аллах, что он сейчас и сделает. Чеченец достал револьвер, оставил в барабане один патрон и сыграл в русскую рулетку. Раздался выстрел и он упал с простреленной головой. Когда его уносили чеченский папа сказал русским коллегам: - Вот видите, как мы умеем платить за свои ошибки. А теперь давайте посмотрим, как умеете платить вы. В Киеве политикой в поддержку воюющей Чечни занимались двое чеченцев - Како Махаури и Руслан Бадаев. Через них проходило много контактов. Оба, к сожалению погибли. Како был застрелен в девяносто седьмом году. Немого раньше Руслан Бадаев был убит одним ударом ножа в сердце. Как потом оказалось, бил мой знакомый по другим делам. Руслан был борец. Вообще нужно иметь мужество и квалификацию, чтоб хорошо действовать ножом. Большинство убийств с помощью ножа это десять - пятнадцать ран на теле жертвы. И бьют не со злости, просто добить тяжело. Человек с перерезанной трахеей живет еще минут двадцать. И, вы не поверите, бывали случаи, когда еще успевали давать какие-то показания. Одно время у нас были довольно тесные отношения с независимыми профсоюзами горняков объединения "Первомайск уголь". Одного из профсоюзных лидеров пытались зарезать, видимо по просьбе кого-то из руководителей объединения. Он возвращался вечером домой. Его окликнули по имени (чтобы удостовериться, что это действительно он), и сразу же ударили. Нож одного из нападающих вошел в селезенку и вышел под печенью, другой бил под лопатку, пытаясь достать сердце, но нож просто проткнул легкие. Они сразу же ретировались, как только профсоюзник упал на колени. После этого он встал, добежал (!) до дома, около километра, поднялся на второй этаж, позвонил в свою квартиру и только после этого упал. Через два дня я навестил его в больнице. Он мог вставать и делать несколько шагов по палате. Я уважаю людей, которые могут убить одним ударом ножа не фиксируя жертву другой рукой. В этом есть истинный дзен.
Владислав Дождь Похищения. Общество и город, которые наблюдаешь в Джохар-Гале (Грозном), казалось, сошли с экрана "Кавказской пленницы". Можно всерьез говорить о воплощении идей товарища Саахова. Похищают действительно часто. Мотив, самый тривиальный - деньги. При обилии желающих, похищение зачастую, происходит спонтанно. Все выясняют о жертве в ходе действия. Увидев меня в рубашечке "Bugatti", темных очках и с "барсеткой", знакомые чеченцы не преминули обратить внимание:
- Ты похож на еврея. Смотри, похитят.
Так случилось, что заскучав в обществе людей Басаева, я отошел от них буквально на минуту. Глупая привычка европейца прогуливаться, а не сидеть на корточках, перебирая четки. Захотелось взглянуть на меню ближайшего кафе. Восстановление Грозного, в смысле ведения строительных работ, отличается похвальной частной инициативой. Каждый огораживает пространство, которое в состоянии удержать и эксплуатировать. В основном это базарчики: лотки и ларьки, так же маленькие кафе, популярной повсюду в СНГ архитектуры. По вечерам в них собирается весьма колоритная публика в камуфляжах, с гранатометами и пулеметами. Это, так называемый "весенний призыв". Никакие они не боевики, а так дешевые фраеры, мародеры. Нелепостью, декорацией выглядит их оружие. Когда почти все довольствуются пистолетом на теле и чем-то автоматическим в машине. Конец войны всегда выплескивает на поверхность немало грязи.
Я не прошел и сотни шагов, как у обочины резко затормозил "бобик". - Кто такой? Почему здесь ходишь? (Не притворяйтесь рыбой) Ну, садитесь... поедем разбираться. Между тем машина поехала не в центр города, а по окраинам. Перебираемые мною фамилии чеченского руководства не производили на похитителей никакого впечатления. Анархизм свойственен чеченцам, они прирожденные бакунисты. Вот и сейчас мои спутники только понимающе кивали головами.
- Да, Масхадов. Да, Гилаев. Да, Радуев. (мол есть такие) Спасение пришло неожиданно, как в авантюрных романах.
- УНСО? Так, вези обратно. Что же вы, такой человек и без охраны (признак низкого социального статуса). Мы будем Вашей охраной. А деньги у Вас есть?
