О. Г.:
С. Г.: У нас в России есть своя цивилизационная школа, начатая Николаем Данилевским (1822–1885) задолго до Сэмюэля Хантингона и развиваемая в настоящее время Юрием Яковцом, Александром Агеевым, Аскаром Акаевым и др. А также Новая хронология Фоменко. У нас идет глубокая научная дискуссия о механизмах развития человечества, меняющихся на разных этапах становления цивилизации. Я тоже внес в нее свое слово в раскрытие общей логики эволюции человечества в недавно вышедшей книге «За горизонтом конца истории».
«Мы должны научиться умирать, умирать совершенно, в полном смысле этого слова. Страх конца есть источник всей нелюбви».
В те часы, когда небо собирается вечереть, в городе начинает дуть теплый июньский ветерок, и его свежее дыхание охватывает город. В барах, ресторанах и кафе сидят развеселившиеся и расслабившиеся люди. Они празднуют приход лета. С удовольствием едят, пьют и танцуют. Покрытые потом официанты носятся туда-сюда, чтобы отнести заказы.
Молодые люди, по которым сразу становится понятно, что они с Кавказа (из-за черных волос и подстриженных по-исламски бород), открывают окна и предлагают девушкам, болтающим на террасе, чтобы те тоже послушали музыку, что играет у них в машине. Как только в начале улицы появляются полицейские, они прощаются с девушками, и машина начинает медленно двигаться вперед.
Сидящий в углу нищий, довольный царящим в городе веселым настроением, подсчитывает свой заработок.
Ближе к полуночи толпа внезапно затихает: у всех одновременно звонят телефоны. Тротуары заполняются людьми. Говоря по телефону, они нервно ходят взад-вперед. Все словно бы в одно мгновение очнулись от восторженно-пьяного сна. Вместо улыбок на их лицах появляется озабоченное выражение. Несколько увеличивается число тех, кто, собрав вещи, быстро идет в сторону метро или встает ждать такси.
Каждый реагирует на ситуацию по-своему. Некоторые считают, что можно себя уже не ограничивать, и встают в очередь, чтобы заказать новую порцию алкоголя. Те же, кто привык избегать всевозможных проблем, заказывают себе кофе. Кругом слышится только одно: «Начался переворот».
Первые новости неоднозначны. Говорят, что на улицы Ростова, расположенного на границе с Украиной, вышли танки, а контроль внутри армии взяла на себя какая-то хунта…
Несмотря на то что в иностранной прессе появились сообщения, что в Москве начали подготовку для отпора восставшим, я ничего этого не замечаю: несколько позже, взяв такси и направляясь к дому, я не вижу за окном ни танков, ни солдат, ни пушек, ни винтовок…
Ночью ситуация проясняется. Во главе восстания – Евгений Пригожин и принадлежащая ему группа «Вагнер». «Вагнер» – это частная военная организация, состоящая как из солдат-добровольцев, так и из наемников. Она была основана в 2014 году.
Поначалу Кремль не обращал никакого внимания на существование и деятельность компании и упорно отвергал сообщения о наличии официальной связи между ними. Связанные с этой организацией элементы получили прозвище «призраки» в Африке и «зеленые человечки» на Украине.
Спецоперация, начатая Россией 24 февраля 2022 года, стала переломным событием не только для всего мира, но и для компании «Вагнер» в частности. Сначала Кремль признал, что ЧВК на самом деле существует, а потом еще и то, что она принимала участие в операциях российской армии.
Когда «Вагнер» начал приобретать законный статус, имя Пригожина обросло легендами. Эмблема компании появилась на автомобилях, стенах и на футболках. Когда российские официальные информационные агентства объявили, что Пригожин вербует солдат-добровольцев из российских тюрем, по телевизору стали показывать все больше и больше сюжетов, которые в похвальном тоне рассказывали о столкновениях на украинской передовой, в которых участвовали вагнеровцы.
Пригожин хотел использовать свое влияние в политических целях, начал борьбу с теми российскими бюрократами, которых определил как «западных и либеральных паразитов». И тогда он буквально подверг министра обороны Сергея Шойгу и начальника Генштаба Валерия Герасимова критическому артиллерийскому обстрелу. Пригожин начал выкладывать в сеть матерные видео, где обвинял этих чиновников в ненадлежащем исполнении своих обязанностей.
