— Твое дело взять дом Метеллия Пия, — игнорирую недоумение. Очень удачно вчера появилась, и сознательно никому не говорил, что держу по соседству вместе с отрядом. Лишняя крапленая карта в рукаве не мешает при общении с врагами. — Знаешь такого?
Он кивнул. Богатый купец и связи широкие имеет. Многим знаком.
— Зайдешь в дом и всех повяжешь. Без крови, если удастся, по возможности никого не убивая и не давая шансов сжечь нечто или сломать его обитателям. Всех во двор, под охрану и стеречь. А сам очень внимательно осмотрись.
— А что мы ищем? — сделал он правильный вывод.
— Скажи, — невольно замявшись, произношу, — ты понимаешь, что рано или поздно мы столкнемся со зверолюдьми и их шпионами? Ты готов убивать полулюдей?
На этот раз бывший Найден сам не ответил сразу.
— И давно ты знаешь?
— Я в Иберии их встречал и прежде. Далеко не у всех по лицам видно. А когда караван вырезали, добрые каратели свалили на меня таскать тела к яме. Самый молодой и без заслуг. Имел возможность присмотреться к татуировкам. У тебя похожая, но не такая. Другой помет?
— Слово какое противное. Почему не семья? — А вот это уже с вызовом.
— Брось, прекрасно знаю, чем отличаются нормальные от этого. Вас же забирают сразу, как только кормить грудью перестает мать, и больше ее не видите. Это если она не спятит.
Зверолюди пришли не сами. Их никогда много не было. Они привели с собой чужих. Сначала их принимали за особо уродливых людей, приземистых, с крупными костями. Достаточно быстро разобрались. Череп от человеческого отличается заметно. Более вытянутый, надбровные дуги крупнее, а на затылке нехарактерный для людей выступ кости. Самое главное, зубы не той формы и расположения. На изображениях не то неандерталец, не то бритая горилла. Я не антрополог. Кличка Симиа — «обезьяна» на латинском, приклеилась быстро.
Почему-то самок среди них оказалось мало с самого начала, и размножаются плохо. Увы, научных трактатов на данную тему не существует, поскольку они редко снисходят до общения с людьми, проживая в запертых кварталах. Зверолюди и то общительней. А эти людей воспринимают в виде пищи и скота, что мало способствует дружбе. Да они и своих не слишком любят. Никто никогда не слышал про большие отряды «обезьян». Даже во время Вторжения они действовали группами не больше сотни особей и всегда под командой апера, урса или латрана. Стоило собраться вместе большому количеству, начиналась драка.
Зато дети от них и человеческих женщин рождаться могут. Бесплодные, как мулы от союза лошадей и ослов. Значит, нам они все ж дальние родственники. Очень дальние. Но выгода в этом имеется. Зверолюди сознательно создавали отдельную породу себе на пользу. Вначале просто хватали случайных пленниц и отдавали на поругание. Теперь все больше рабынь используют. По слухам, существуют целые питомники, где выводят своих слуг.
— Спартанское воспитание, — криво усмехаясь, сказал Найден. — Бракованных убиваем, остальных правильно воспитываем.
Если принцип схожий, с семи лет в военном лагере и следующие десять лет они жили впроголодь, учась выживать, подчиняться беспрекословно командирам и владеть оружием. И никаких семейных связей, кроме таких же сверстников и старших военных.
— Я даже Бирюку не говорил о происхождении. Он наверняка догадывается, но вряд ли знает точно.
— Мой отец был урод, братоубийца и насильник, — говорю совершенно спокойно. Ну не совсем папаша, но достаточно помню о его поведении, и даже через много лет прорывается его буйный нрав. — Я сам не лучший представитель человечества, что б там Мария ни думала, и сейчас планирую массовую резню. Мне плевать, какая в тебе кровь. Ты Чистый или станешь колебаться, когда столкнешься со знакомым?
— Ты сомневаешься, убивать ли человека, если он твой враг?
Это не совсем то, чего добивался, но пусть так.
— Захочешь — поделишься. Дальше меня не пойдет. Нет, твое дело. Ylim свидетель, мы прошли через новое рождение. Прежнее осталось навсегда позади. Живем с чистого листа. Просто ты можешь увидеть в том доме нечто знакомое. Мне надо об этом знать.
— Кто тебе сказал, что он шпион?
— Не кто, а что. Над домом торчат усы из железных прутьев. Это способ связаться на дальнем расстоянии. Я даже догадываюсь, каким образом. Мне нужно устройство и кто с ним работает. Если удастся слушать других шпионов, мы многое узнаем.
— Иногда мне кажется, что это ты получеловек. Из слабаков.
Я не понял, про отношения внутри зверолюдей жрицы и то больше знали, чем про полулюдей. Похоже, их сознательно не учили человеческим языкам, чтоб поменьше общались с потенциальными врагами. Переспрашивать не стал. Успеется.
— Слишком много знаешь. Я о таком в первый раз слышу.
— Смотри внимательно, Пирр, — говорю, пропуская мимо ушей невысказанную просьбу объяснить. — Это важно для всех нас.
