— Понял, Дейв, — ответил бригадный генерал Патрик Маклэнэхан, сидевший в правом кресле ЕВ-1С «Мегафортресс-II», экспериментальной модификации сверхзвукового бомбардировщика В-1 «Лансер», предоставляющей из себя «летающий линкор» — носитель широкого спектра оборонительного и ударного вооружения. — Будем действовать согласно вводным. Где они сейчас?
— Ага, ага, — раз я вам это сказал, вы им сейчас все испортите, — с улыбкой ответил Люгер. Дэвид Люгер провел большую часть своей службы в ВВС за проектированием и испытанием экспериментальных аппаратов, и был тихим, сдержанным, почти аутичным парнем. Но стоило ему взяться за самолет, не важно за какой, как он начинал выжимать из него все, что только можно. «Вы сами сказали — максимальный реализм, значит максимальный реализм. «Запрещено использовать определенные системы? — не забывайте, мы сейчас иммитируем нахождение над вражеской территорией без поддержки дополнительными средствами наблюдения».
— Ладно, ладно, обещаю, больно не будет, — ответил Патрик, и добавил короткое. — До связи.
Иногда ему казалось, что Люгер настолько входил в работу, чтобы доказать всем, что он был в порядке, и русское промывание мозгов, как и последовавшее за ним депрограммирование средствами ЦРУ не повлияли на его умственные способности. У него не было увлечений, он не брал отпуска, у него не было никаких отношений за пределами Центра Высокотехнологичных авиационных оружейных разработок. Патрик был раз, что он завел многообещающую — хотя вряд ли еще перешедшую в роман — дружбу с Энни Дьюи, летчицей В-1 из национальной гвардии. Если Дейв найдет в себе силы, чтобы узнать ее получше, у него может появиться реальная надежда на личную жизнь.
Патрик повернулся влево, к командиру экипажа бомбардировщика ЕВ-1С «Мегафортресс-II», известного также как «Вампир» и сказал:
— Люгер не разрешает вступать в дело, но я хочу взглянуть на все в деталях. Включаю лидар.
— Давайте, — коротко ответила пилот, полковник Ребекка Фёрнесс. — Только побыстрее, генерал.
— Так точно, — ответил Маклэнэхан и включил лидар, или «лазерный радар». Используя крошечные лазерные излучатели, лидар просканировал небо на восемьдесят километров во всех направлениях, в том числе местность, и передал обратно трехмерное изображение всего этого пространства, включая рельеф местности и воздушные объекты. За пять секунд лидар просканировал пятьсот двадцать кубических километров пространства, соотнес полученное изображение с ранее загруженными данными по местности и загрузил изображение в память компьютера. Патрик выключил систему и объявил:
— Лидар выключен.
Фёрнесс взглянула на большой многофункциональный дисплей на приборной панели оперативного командующего, дававший полный обзор на происходящее.
— И что мы имеем, МК? — Нетерпеливо спросила она. Ребекка Фёрнесс была ветераном ВВС с более чем двадцатилетним стажем, проведя его, в основном, в ВВС Резерва и Национальной гвардии. Помимо того она имела честь быть первой женщиной, ставшей боевым пилотом ВВС и одной из первой, ставшей командиром боевого подразделения, а именно, 111-й бомбардировочной эскадрильи Национальной гвардии штата Невада. Фёрнесс ясно дала Маклэнэхану понять, что он будет отвечать за то, что полетел лично, «отстранив» ее от командования, но была вынуждена с неохотой признать, что пока что в целом ей не мешал.
Она могла представить сотню вещей, которые делала бы с большей охотой, чем роль шофера для очередной шишки с генеральскими звездами в очередном рутинном испытательном полете. Ребекка знала, что ее эскадрилья находилась в процессе формирования и знала, сколько стервятников в Пентагоне, Вашингтоне и по всеми миру вообще сейчас пристально следили за ней.
— «Соколы» разделились, — ответил Патрик. — Второй следует за ведущим, первый прикрывает ему хвост и следит за «Силой-два». Похоже, «Сокол-два» собирается довернуть и влепить по «Силе» «Сайдуаиндером».
— Что же, не будем ждать, пока они собьют обоих «наших», — сказала Фёрнесс. — Давайте вставим свои пять копеек.
— Попридержите коней, пилот, — ответил Патрик. — Вам давали вводные полдюжины раз — и вы знаете план так же, как и я. Мы будем смотреть, что они сделают сами.
— Но почему мы занимаемся только поддержкой, сэр? — Спросила Ребекка. — Вы выбрали мою эскадрилью, потому что у нас есть хорошие фронтовые бомбардировщики. Наши «Кости»[56] были созданы для прорыва мощной эшелонированной ПВО и ударов по защищенным целям. Ваша «Мегафортресс» могла выполнить эту задачу лучше, чем я вообще считала возможным. Так почему бы нас не сделать нашу работу?
— Потому что у нас такая задача, Ребекка, — раздраженно сказал Патрик. — Мы здесь для обеспечения тактической поддержки. ЕВ-1С «Мегафортресс» создан как стратегический «воздушный линкор» — это означает, что он осуществляет разведу, слежение, огневую поддержку, а не только наносит удары. Наш черед веселиться будет потом.
