— Это произошло так давно, что даже для нас стало почти легендой. Я тогда ещё был очень молод и не застал лично этих событий, так как… экхм… находился в другом месте. Как я уже говорил, среди менталов не принято питаться жизненной энергией других существ, только низшие сподобляются на это. Это противоречит нашему кодексу и принципам. Но даже среди самых благочестивых может появиться инакомыслящий. И он появился. Татхамуттридвард всегда отличался от других дарниев своими взглядами… Согласно легендам, конечно. Поначалу окружающие воспринимали это как особенность характера, блажь. Ведь он не доставлял хлопот. Но со временем в Татхамуттридварде стали просыпаться амбициозность и жажда власти. В нашей вселенной начинался энергетический кризис. Доступной для питания энергии становилось всё меньше. Учёные искали способы конверсии непригодной для нас энергии в усвояемую. И в этот непростой момент Татхамуттридвард предложил менталам начать завоёвывать другие миры. Жизненной силы других существ должно было хватить надолго, и нам бы не пришлось голодать, пока учёные искали выход. Но Совет, как и стоило ожидать, принял в штыки его предложение. И тогда дарний в сердцах покинул Совет, членом которого был сам, и исчез. Старейшины не восприняли всерьёз его исчезновение. Наверное, они думали, что отказ сильно задел гордость Татхамуттридварда, и он уединился где-то на окраине нашей вселенной. Но они ошиблись. Татхамуттридвард решил воплотить свой план по захвату миров в одиночку. И он начал с Земли. Он переместился в ваш мир и вселился в одного из могущественных царей того времени. Но он не просто питался энергией, он управлял этим человеком. Тот стал послушной и безвольной марионеткой в его руках.
— Погоди, погоди, — у меня внутри всё застыло от осознания. — Ментал может управлять тем, в кого вселился?
— Не каждый. Низшие могут только разжигать отрицательные эмоции, которые их и привлекли. Но управлять способны только очень сильные менталы.
— Она хотела спросить: можешь ли ты управлять ею? — вмешался Адисон.
Я кинула ему благодарный взгляд.
— Да. Но я не буду. Никогда!
— Расписочку бы, — прохрипела я внезапно севшим голосом.
— Я обещаю…
— Чтобы не случилось?
— Да.
Я кинула ещё один многозначительный взгляд на Адисона. Тот кивнул.
— А я в свою очередь обещаю, что если эта пиявка захватит над тобой контроль и начнет творить всякую дрянь, я самолично пущу тебе пулю в лоб, предварительно позаботившись, чтобы ни одного человеческого существа, в которого может вселиться ментал, не оказалось в радиусе пяти километров. И тогда его бессмертная сущность растворится в этом мире. Ты меня понял, дарний? — последние слова Адисон произнес с нажимом.
— Я же сказал, что не буду…
— ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛ? — полукровку словно подменили. И куда делось существо с внешностью подростка и неизменными смешинками в глазах? Сейчас он больше напоминал тех своих соплеменников, которые атаковали нас в моем доме. Полное бесстрашие, абсолютная решимость и холодная воинская злость.
— Я понял тебя. — кажется, дарний тоже заметил эту перемену… А может ещё и мыслеформы считал… — И вот что ещё я скажу. Чем больше ментал вмешивается в жизнедеятельность человека, даже просто транслируя ему мысли, не говоря уж об управлении, тем больше жизненной силы он забирает, и тем быстрее его носитель умирает. Так что, это не в моих интересах, не беря в расчет моральную сторону вопроса.
Так вот почему Квентин молчит большую часть времени. Меня бережет… Ну, и себя заодно…
Шаман и Грэгори сидели молча, следя за этой беседой. Каждый реагировал по своему. Археолог смотрел на нас со смесью страха, интереса и азарта ученого. И его можно было понять. С одной стороны он практически нашёл ответы на все вопросы, которые искал в течении многих лет работы. А с другой эти ответы оказались гораздо более ошеломляющими, чем он предполагал. Ведь одно дело задумываться о существовании иных миров и цивилизаций, и совсем другое столкнуться с ними нос к носу, да ещё и выяснить, что они совсем не горят желанием дружить.
Шаман же смотрел со спокойствием и задумчивостью. У меня сложилось ощущение, что у него уже назрел какой-то план.
— Квентин, продолжи свой рассказ, — произнес индеец.
