Что же касается похода на Боспорское царство, то это была скорее дипломатическая миссия с демонстрацией вооружённой силы, чем обыкновенное военное предприятие. Диофант просто хотел удержать правящие круги Боспора от необдуманных решений и поступков. Шансы на это были неплохие, поскольку в его пользу говорил сокрушительный разгром скифов. К тому же понтиец оказался не только великолепным стратегом, но и отличным дипломатом, обладающим даром убеждения. Миссия Диофанта удалась блестяще, и правители Боспора не стали вмешиваться в вооружённый конфликт между Скифией и Митридатом.
Но, судя по всему, визит на Боспор был продиктован и соображениями иного свойства. Вполне вероятно, что именно тогда Диофант повел переговоры с бездетным царем Перисадом V о том, что после его смерти Боспорское царство отойдёт под руку Митридата Евпатора. Хотя вопрос мог стоять и так, что Перисад при жизни признает гегемонию Понта. «Декрет» повествует о том, что Диофант совершил на Боспоре «
Затем было триумфальное возвращение полководца в Херсонес, пополнение армии за счёт местного гражданского ополчения и поход во внутренние области Скифского царства. Здесь Диофанту тоже сопутствовал успех. Царь Палак ушёл на север, в район Борисфена (Днепра), а оставшись без защиты, города Хабеи и Неаполь открыли ворота перед победоносной армией Понта. Диофанту блестяще удалось то, что впоследствии назовут блицкригом. В течение короткого времени превосходящие силы Палака были разгромлены, сам он изгнан из Тавриды, а скифские города сдались без боя. В итоге Херсонес оказался освобожден от блокады с суши. Эти молниеносные действия должны были произвести ошеломляющее впечатление на причерноморских эллинов и наглядно показать им, чья теперь сила. Подчинение Таврики царю Митридату становилось реальностью. Посчитав, что его миссия выполнена, Диофант оставил гарнизон в Херсонесе, а сам с армией отправился за море, к своему повелителю. Но тогда никто и предположить не мог, что все блестящие успехи стратега окажутся временными, а сам он очень скоро вернётся.
Царь Палак был не из тех людей, которые опускают руки при первой же неудаче, наоборот, он умел делать выводы из своих ошибок, а потом стремился их исправить и больше не повторять. Палак был грамотным военачальником и не менее талантливым правителем, чем его отец, просто та сила, с которой он столкнулся, в то время была неодолима. Сразившись в открытом бою с регулярными частями армии Понта, скифский царь пришёл к выводу, что его собственных сил явно недостаточно для борьбы с войсками Митридата. Он прекрасно видел все недостатки скифской военной организации, но в данный момент ничего с этим поделать не мог и потому пошёл другим путём.
Сын Скилура решил найти себе такого союзника, с помощью которого он мог бы переломить ситуацию в свою пользу. Но такого союзника ещё надо было найти. После дипломатического успеха Диофанта Боспор выпал из числа возможных противников Митридата, а потому Палак направил свои усилия в другом направлении. Как это ни покажется парадоксальным, но ему удалось практически невозможное, и он заключил союз со смертельными врагами скифов – сарматами. Царь роксоланов Тасий посчитал возможным оказать вооружённую поддержку своим недавним врагам. Судя по всему, его больше устраивало соседство со скифами, чем с Черноморской державой Митридата. Это был огромный дипломатический успех Палака, и теперь всю свою энергию царь направил на новую войну с Понтом и Херсонесом.
Как только поздней осенью 110 г. до н. э. Диофант погрузил своё войско на корабли и отплыл в Понт, огромное объединённое войско скифов и роксолан вторглось в Таврику. Ситуация для эллинов сразу же изменилась в худшую сторону. Союзники стали захватывать одну за другой их крепости, и в итоге все скифские города, которые подчинил понтийский стратег, включая и Неаполь, были освобождены. Но Палак понимал, что времени у него очень мало, в лучшем случае до весны, когда откроется навигация на Понте Эвксинском. Плавание же зимой было очень опасно, в это время года в море никто не выходил, и поэтому вряд ли Митридат снова сумеет быстро прислать помощь в Херсонес. И потому Палак не медлил. Как только закончилось освобождение скифских земель, он собрал все силы в кулак и повёл своё огромное войско на Херсонес, чтобы раз и навсегда покончить с ненавистным врагом.
