– Яхиль. Я дочь…
– Яхилька! Вот ты где! – Напротив возникла огромная фигура мохви Хадтхи. Белый волк держал за намордник мощного гирда, тянущегося широкой клыкастой мордой к мальчику. – Отец уже с ног сбился, разыскивая тебя! И ты, Гарвалл, тоже полезай на спину гирда. Вас обоих уже заждались.
Мохви быстро посадил детей на широкую спину зверя и двинулся к крепости, ведя хищника позади. Яхиль сразу заметила, что мальчик болен – его спина сильно горбилась, уродуя фигуру и сминая одежду. Наверное, кривые искалечили его.
– Вы оба грязные. В таком виде нельзя представать перед князем. Я сейчас вас отвезу домой, а вы быстро приведите себя в порядок и спускайтесь в общий зал. Только очень быстро. Князь в гневе. Ты же знаешь, Яхилька, головы полетят наши, а не твоя.
– Хорошо, – княжна едва сдерживала слёзы. Кто-то из женихов-милдоров уж точно заберёт её из дома. В этот раз ей не удастся выкрутиться. Даже если она укусит жениха, так другой возьмёт, чтобы сбить спесь, как, бывало, говаривал отец.
Княжна повернулась и посмотрела на грудь мальчика. Поверх одеяния качался из стороны в сторону круглый медальон глубокого синего цвета. Если смотреть, не моргая, то перед глазами начинают разворачиваться звёзды, и появляется лицо белоглазого пса богини Охлей в золотой маске… Это Страж… Какой Страж?..
– Эй! Яхиль! Что с тобой?! – Хадтхи поднял её с земли и снова посадил на спину. – У тебя голова закружилась?
– Да. Жарко.
– Придержи её, Гарвалл. До крепости пять минут ходу осталось.
Подросток послушно обнял, робко сомкнув руки на её плечах. Медальон коснулся предплечья княжны, и она взвизгнула от обжигающей боли, проникшей сквозь плотную ткань одеяния. Боль стремительно острой иглой пронеслась по руке и вонзилась где-то в середине груди. Подросток испуганно отдёрнул руки.
– Да, что с тобой такое?! – Хадтхи встряхнул её. – Хватит уже! Ты каждый раз выдумываешь проказы, как дело доходит до помолвки! Хватит, Яхиль!
Девочка всхлипнула, растирая грудь. Боль постепенно прошла, оставив ощущение застрявшего раскалённого острия. Жар внутри пульсировал и рвался наружу, расползаясь внутри тела по венам.
Разъярённый мохви дёрнул гирда в сторону крепости и, больше не оглядываясь, двинулся дальше.
– Очень больно? – Гарвалл сочувственно погладил её по голове.
– Да.
– И мне. Со мной такое впервые. Я никогда не болел, а тут… Будто раскалённый нож вонзили. Может, кривые где-то поблизости?
– Не знаю. Кривых разогнал наш воевода Самиил. Они боятся его.
– Знаешь, Яхиль, я тоже не хочу обручаться. Мне сказали, что моя невеста плохо воспитана и не соблюдает традиции своего народа. А ты чего боишься?
– Что он окажется кривым, – тихо прошептала княжна и отвернулась, вслушиваясь в растекающийся жар в теле.
– Среди наших нет ни одного кривого, – Гарвалл снова осторожно обнял её, чтобы она не упала с качающейся спины хищника. – Ты ведь тоже будешь среди невест сегодня, Яхиль?
– Нет.
– Почему? Ты уже обручена с кем-то? – В голосе милдора послышалась едва уловимая нотка грусти.
– Просто, я не хочу. Я сбегу из дома и утоплюсь в озере Невест.
Подросток вздохнул.
– Зря. У нас очень хорошие воины. Никто из них никогда тебя не обидит. Соглашайся, Яхиль. Тогда мы сможем уехать вместе и будем дружить семьями. У нас это разрешается.
Яхиль кусала губы, раздумывая над предложением. Что она теряет? Это последний шанс достойно уйти в другую семью и не оказаться в пустынном храме в окружении молчаливых гайянов. Ей понравился мальчик из рода милдоров. Если все женихи такие, как он: добрые, то лучше согласиться. В следующий раз отец может отдать её насильно замуж за первого богатого кривого, не совладав со своим гневом.
Она так и не ответила, молча спрыгнув со спины гирда сразу на вторую ступеньку своего дворца. Мохви ушёл, уводя хищника с Гарваллом на полосатой широкой спине. Яхиль оглянулась вслед. У Гарвалла очень приятный голос. Он тоже странно разговаривает. Княжна с трудом понимала наречие чужой страны. Другой язык – не беда. Если бы не уродливый огромный горб…
Мальчик оглянулся и поднял руку, помахав ей. Длинный широкий рукав его одеяния скатился к локтю, оголив белую кожу войра. Чистокровный. Говорят, все войры пустыни живут в одних гнёздах с угзи – мелкими боевыми котами-воинами.
Яхиль тоже помахала в ответ, с сожалением и печалью. Возможно, она больше никогда его не увидит и не услышит его голоса. Девочка вошла во дворец. Её моментально окружили няньки и повели в комнату, чтобы привести в порядок к венчанию.
