ЖУРНАЛ МЭРИ
Среда, 23 июля 1980 года
Сегодня утром Билли удалось вернуться в восстановительную терапию. К часу дня, когда он вошел в комнату для свиданий и увидел меня, у него было несколько журнальных фотографий предметов мебели. Он с жаром говорил о планах по расширению производства. Попросил заказать двадцать часовых механизмов плюс запчасти для циферблатов. Радовался тому, что вернулся в восстановительную терапию и может планировать крупные проекты. Не припомню, когда еще у него было такое приподнятое настроение.
Я попросила его не строить воздушные замки. Сказала, что мне будет больно видеть, как он спикирует вниз, когда мираж рассеется.
– Если я не смогу подняться и восстановить мои замки, то существование утратит для меня всякий смысл. Исчезнет цель в жизни.
Он попросил меня приходить в три часа, а не в час, чтобы у него было время на работу в восстановительной терапии.
Четверг, 24 июля
Сегодня утром, когда Билли был в мастерских, в блок явились санитары с приказом перевести его в одиночную камеру в блоке двадцать два. Они не могли назвать внятную причину, и Боб Эдвардс, который сегодня дежурил в восстановительной терапии, отказался отдать им Билли. Другие тоже за него заступились, и начались полуторачасовые препирания с участием пациентов, санитаров и администрации, включая Линднера и Хаббарда.
Рабочих из восстановительной терапии отправили в соседнюю комнату, а Билли съежился на полу в углу. В конце концов все утряслось и в карцер его не заперли.
Он не смог точно сказать мне, кто хотел упрятать его в карцер и вообще какие-то подробности этого происшествия. Я подозреваю, что инициатором был санитар, которого Билли шантажировал, или еще кто-то, кто не рад снова видеть Билли в мастерских.
