Войны Митридата полностью

Однако у царя Тиграна Великого были свои планы относительно столицы. Символом могущества Великой Армении должен был стать новый город, в строительство которого царь вложил душу и назвал своим именем – Тигранокерты. Современников поражали размеры и красота будущей столицы. «Огромный город, – пишет Плутарх, – был выстроен недавно и заселен с великолепием». О том, насколько грандиозным был проект Тиграна, рассказывает и Аппиан: «Он окружил город стенами высотой 50 локтей, в толще их было устроено много лошадиных стойл; в предместье города он воздвиг дворец с большими парками, с охотничьими левами и озерами. Рядом было воздвигнуто сильное укрепление». Царь Великой Армении не разменивался на мелочи, а строил на века. Римский историк Тацит отмечал, что ещё в I в. н. э. Тигранокерты располагали «многочисленными защитниками и мощными стенами. К тому же часть городских укреплений обтекает довольно широкая река Никефорий, а там, где ее течение не обеспечивает надежной защиты, вырыт огромный ров».

Примечательно, что город возводился не только за счет Тиграна, но и на деньги его приближенных, наместников и представителей торговых кругов: «Тигранокерты изобиловали сокровищами и дорогими приношениями богам, ибо частные лица и правители наперебой расширяли и украшали город, желая угодить царю» (Плутарх). Вполне возможно, что владыка прозрачно намекнул своему окружению о том, что не мешало бы и им поучаствовать в строительстве, а приближенные идею монарха творчески развили и понесли в массы.

Однако так просто они от Тиграна не отделались, поскольку царь решил, что пришла пора заселять будущую столицу. Как рассказывает Аппиан, он собрал в Тигранокерты знатнейших людей своего государства и открытым текстом заявил, что они должны теперь здесь жить. А то имущество, которое они не возьмут с собой, будет конфисковано. Понятно, что никто не посмел возразить. Однако только знатью город не населишь, и Тигран решил вопрос радикально. Согласно информации, которую сообщают Страбон и Плутарх, царь переселил в Тигранокерты греков из Каппадокии и Киликии. При этом было разорено двенадцать греческих городов, что свидетельствует о том, что процесс был насильственным. Мало того, Плутарх прямо говорит о том, что такая же судьба постигла и представителей других народов – «адиабенцев, ассирийцев, гордиенцев, каппадокийцев, родные города которых Тигран разрушил, а самих пригнал сюда и принудил здесь поселиться». Страбон называет ещё и мазакенов, жителей города Мазаки[38], которых также изгнал Тигран.

Несмотря на то что царь Великой Армении уделял большое внимание своему детищу, к началу конфликта с Римом город так и не был достроен. Когда Митридат появился во владениях зятя, строительные работы ещё продолжались.

Понимая, что теперь ему больше негде укрыться, поскольку Понт был захвачен римлянами, а Боспор отпал вследствие измены, Митридат явился к своему зятю Тиграну Великому. Он надеялся убедить родственника сразу же начать готовиться к войне с Лукуллом, но всё пошло не так, как планировал Евпатор. Владыка Великой Армении предоставил в распоряжение тестя один из дворцов, но на этом все и кончилось. Он даже не пожелал встретиться с беглым родственником. По свидетельству Мемнона, Митридат безвылазно просидел в загородном дворце своего зятя восемь месяцев, поскольку тот упорно отказывался его принимать и вообще делал вид, что забыл о существовании тестя. И это в тот самый момент, когда время было дорого и необходимо было готовить страну к грядущему вторжению римлян. Митридат метался по дворцу, словно зверь в клетке, но повлиять на ситуацию не мог. Что же касается Тиграна, то он занимался тем, что достраивал Тигранокерты и на внешнюю угрозу совершенно не обращал внимания. Однако вскоре всё резко изменилось.