Войны новых технологий полностью

Сегодня также возникла идея связать анархию и сложность: «Анархия возникает как понятие и практика особенно во времена и контексты кризиса, особенно когда постоянный порядок разрушается, а турбулентность и нестабильность появляются; другими словами, она появляется, когда институты и учреждения не могут справиться со сложностью. Тем не менее следует четко указать на то, что анархия не связана с порождением беспорядка – шумом, произволом. С технической точки зрения анархия является радикальной критикой алгоритмических систем и типов поведения» [14].

Мир проходит серьезную трансформацию понимания современной войны, и здесь гибридные и диффузные войны оказались ярким примером таких изменений (см. концептуальные изменения моделей войны в представлениях Д. Килкаллена [15]).

Военные видят три варианта нелинейной войны, реализованные в истории: война маневра, повстанческая война и специальные операции, а также «роение» [16]. Под нелинейной войной здесь понимается одновременная атака по множеству направлений. И роение тогда является вариантом наиболее близким к этому пониманию.

Вторая мировая война породила не только немецкий блицкриг, но и оперативно-маневренные группы советских танков, действовавшие в такой же манере с 1943-го по 1945-й. Истоки этого подхода западные аналитики нашли в XIX в. в рейдах русских казаков, которые прерывали вражеские коммуникации в тылу врага. Здесь снова присутствует тот же эффект неожиданности, что является характерным для нелинейной модели войны.

Нелинейная модель мира получила следующие характеристики (кстати, автор находит нелинейность у Липпман, Дьюи и Хайека) [17]:

• признание множественности моделей мира;

• нарративы трансформируют время и действия в сюжеты и рассказы;

• парадоксы являются нормой;

• сложность зависит от наблюдателя и контекста;

• сложность нельзя разбить на составляющие без потери понимания.

Последний момент, хоть часто и повторяется у многих, но одновременно очень сложен для наших мозгов. Мы интуитивно все время разбираем на части стоящую перед нами проблему, решаем какие-то ее составляющие, рассчитывая, что на этом проблема будет исчерпана. Однако этого не происходит, и проблема переходит на еще более высокий уровень сложности.

Социальные науки, как нам представляется, обратились к феномену нелинейности, поскольку они не могут адекватно описать, а тем более предсказать, разрушение системы, то есть ее кризис или коллапс. А есть общая тенденция и в управлении, и в разных академических дисциплинах выходить сегодня не только на описание, но и на прогноз. Исследование кризиса всегда должно давать рецепты выхода из него.

А. Зиновьев, например, видит такие факторы кризиса:

• механизм потенциального кризиса;

• условия, в которых возможность кризиса превращается в действительность;

• толчок к кризису.