Войны новых технологий полностью

«Фадеев смотрелся на экране как матерый советский номенклатурщик, привыкший отбиваться от ненавистных либералов, убежденных в правоте Запада. В отличие от его агрессивной манеры, Клейменов более сдержан, но только интонационно. У нового спичрайтера „Времени” появилась своя манера делать длинные, отвлеченные эписодии с неочевидным заходом. Он задействовал новое средство передачи эмоций – придыхания. Но содержательно Клейменов использует те же паттерны, что и Фадеев: Запад – агрессор, Россия – жертва агрессии, девяностые – зло, Украина ни на что не способна, Порошенко – политический импотент, Европа разлагается, демократия не проходит проверку на прочность, Россия – остров стабильности в океане абсурда. И так далее. Однако в сочетании с грамотно расставленными придыханиями это выглядит так, словно ведущий хоть и осуждает, но глубоко сожалеет о сложившейся ситуации во всем мире».

Это оказывается актерством и политической игрой и со стороны телеведущих, что, как оказалось, хорошо оплачивается. В. Соловьев в результате «работы на галерах» купил виллу на озере Комо в Италии [38], С. Брилев – квартиру в Лондоне за 700 тыс. фунтов, что соответствует миллиону долларов, и стал британским гражданином [39], Д. Киселев потратил на перестройку дачи в Крыму 200 млн рублей, что стало известно только из-за скандала с изъятием тиража крымской газеты [40]. Это определенная финансовая пирамида, которая оплачивает громкие речи и яркие обвинения, а также драки в студии.

И первый российский канал нашел теоретическое обоснование такого подхода. К. Клейменов говорит: «Сегодня важна ярко выраженная позиция, мнение, авторский подход. […] Долгие годы CNN был абсолютным информационным лидером в мире. А FOX делали новости эмоциональными, когда ведущие позволяли себе четко проговаривать, как они относятся к происходящему. И это точно попало в аудиторию: зритель сегодня хочет не просто кивать головой, но и возмутиться, вступить в полемику… В общем, конфликт – скрытая движущая сила любого шоу, и пора всех встряхнуть» [41].

Однотипную аргументацию выстраивают в эти же дни и из канала «Россия», что говорит о том, что государственные каналы нашли, что именно отвечать. Это С. Натанзон, который говорит: «Когда я начинал работу на телевидении, это была журналистика новостей и эксклюзивов. Сейчас новостного эксклюзива на экране не бывает, новости перестали чего-то стоить. Телевизионная журналистика начала переходить от фактов к мнениям, причем это наблюдается повсеместно. Например, самый раскрученный новостной телеканал, американский CNN. Поначалу в его выпусках были прямые включения с места событий, потом стали добавлять к нему аналитика, потом двух, потом шесть. Сейчас аналитиков настолько много, что они не помещаются в отдельные окна, их по 10 человек размещают в студии, чтобы обсудить одну новость. Все больше холдингов переходят в журналистику мнений. Через 10 лет телевидение перестанет быть источником информации, останутся только мнения. А журналистика мнений – это, в любом случае, пропаганда» [42]. То есть аргументация почти дословная.